Тусклый свет омывал мебель и ноги девушек, отбрасывая золотисто-коричневые блики в гамме Вермера. Шаплен сидел к ним спиной, боясь пропустить хоть слово из их болтовни. Троица по всем статьям подходила к тому типу, который был ему нужен. Не то чтобы профессионалки — просто не прочь подзаработать при случае, — болтавшие о тряпках и мужиках.
— Ты больше не носишь очки?
— He-а. Теперь у меня линзы. Очки — это слишком секси.
Каждая их реплика поражала его. Ему не хватало опыта Ноно. И в то же время в этой их манере смешивать в большом шейкере секс, деньги и простодушные надежды было что-то трогательное.
— Пойду попудрю носик.
Шаплен бросил взгляд через плечо и увидел со спины тонкую фигурку, затянутую в темный атласный корсаж, переходящий в широкую юбку из черного тюля. Даже со своего места он слышал, как посапывает это создание. Пудра, о которой шла речь, ничего общего с косметикой не имела.
— Была на вечеринке у принца?
— Какого еще принца?
Девицы уже снова чесали языками.
— Не знаю, как его звать. Он из Эмиратов.
— Меня не приглашали, — надулась вторая.
— Там была одна русская, ну, я тебе скажу, никогда не видала такой профессионалки. Из кожи вон лезла, лишь бы быть первой.
— Ага. Мы были в шоке, а ведь она оказалась права. Угомонила парня за пять минут. Получите — распишитесь, за все про все три тысячи евро. А мы потом ночь напролет надрывались, чтобы у него снова встал…
Новый взрыв смеха. Он заказал себе еще шампанского. Надо бы угостить девушек, но у него не хватало духа. Времена Ноно ушли безвозвратно.
Мисс Кокс вернулась вприпрыжку. Хороша что сзади, что спереди. Изможденное лицо под черным шлемом волос, подстриженных под Клеопатру, излучало какую-то животную грацию. Если приглядеться, становилось заметно, что наркотики уже подтачивают ее: щеки ввалились, глаза запали. Но красота ее черт, оттененная сумрачным и в то же время сверкающим макияжем, все еще брала верх.
Поравнявшись с Шапленом, она остановилась и улыбнулась ему:
— Что, интересно, о чем мы болтаем?
— Хорош прикидываться, да ты чуть шею не свернул, подслушивая.
— Я… Можно вас угостить?
— Чего ради? Ты из полиции?
Вопрос огорошил его. Ему не удалось их провести. Он сбросил маску.
— Нет. Но мне о ней говорили.
Клеопатра одарила его бархатной улыбкой:
Шаплен обернулся и в дверном проеме увидел то самое лицо, которым любовался на фото в папках у Саша. Сегодняшний ее образ не имел ничего общего с красивой девушкой с доски почета.
