Автор
В здании ГАИ загорелась машина с ключами в бардачке. В центре города происходят маленькие инциденты, и подозрения падают на чиновников. Тревожно, когда опальный министр внутренних дел сам приходит к директору полиции за отчетом. Здесь начинается расследование необычного дела с паутиной загадок и интриг....
Они перегораживали дорогу и явно не собирались ее уступать. До всадников было примерно восемьсот шагов.
Купец побледнел и сказал:
– Это Мадамин-бек, я узнаю его халат.
– Кто такой? – спокойно поинтересовался поручик.
– Разбойник, вот кто! – сердито пояснил перс. – Кровожадный, от него нет пощады. Давайте вернемся назад, подождем еще кого-нибудь.
– А давайте прорвемся.
Тут в разговор вмешался урядник:
– Ваше благородие, купец прав. Их пятеро, а нас трое. И то в вознице я не уверен.
– Сейчас их станет четверо.
Лыков-Нефедьев вылез на дорогу, взял винтовку, опустился на одно колено, дослал патрон и прицелился.
– Далеко, ваше благородие, – опять влез казак. – Отсюда рази попадешь…
– Урядник, отставить!"
"Ахваткин обиженно замолчал и даже отъехал в сторону. Николай взял на мушку едва различимую белую фигуру. Потом вспомнил советы отца насчет стрельбы в горной местности и поднял прицел на волос. Бах!
Атаман сразу начал валиться на сторону.
– Ай да ваше благородие! – радостно закричал урядник. – Вот показали навык! Теперь до самого города никто нас не тронет. Не осмелятся, зная, что при нас такой стрелок. Шкура дороже!
– Евмений, а как они узнают про стрелка? До Ардебиля еще сто верст.
– Не сумлевайтесь, вашбродь, узнают. В горах вести расходятся быстро. Ну… Подождем минут с десяток, и можно ехать дальше, прямо к месту.
Так и поступили. Урядник выкурил трубку, остальные угостились бараниной и мигом взлетели на перевал.
– Худо дело у Мадамина, – хмыкнул Евмений. – Навряд они его довезут живого. Вон кровь какая темная…
Воодушевленный случившимся купец велел вознице гнать до Ардебиля без остановки. По ужасным персидским дорогам трудно передвигаться, они усыпаны валунами в обхват человека. Огибать их и не сломать колеса помогала луна.
Старший в заставе унтер-офицер крикнул сердито:
– Вы что, сдурели, по ночам ездить? Хотите, чтобы вам дыни срезали?
Но разглядел блеск золотых погон и вытянулся столбиком:
– Виноват, ваше благородие!
Подошел, увидел молодое лицо и добавил осторожно:
– А все-таки я правду сказал. Нельзя здеся в темноте кататься. Опять, вас всего двое русских.
