Автор
В здании ГАИ загорелась машина с ключами в бардачке. В центре города происходят маленькие инциденты, и подозрения падают на чиновников. Тревожно, когда опальный министр внутренних дел сам приходит к директору полиции за отчетом. Здесь начинается расследование необычного дела с паутиной загадок и интриг....
Он прошел по касательной строящуюся площадь Шахрдари, поплутал по тесным улочкам и оказался в конце концов на Зибик-майдане. Решт не зря называли «городом дождей». Очень скоро небо разверзлось и пролилось на землю порядочным ливнем. Самояд укрылся в кофейне, а потом, когда дождь утих, почти бегом отправился к мечети Данаи-Али. Видимо, погода сбила его планы, и он уже опаздывал на встречу.
Так и оказалось. Напротив мечети командир конвойной сотни в первый раз огляделся по сторонам и сунулся в лавку торговца коврами.
Бесшумным шагом Николай нагнал обоих. Исмаил-хаджи, видимо, что-то почувствовал. Он взялся за кинжал и начал оборачиваться, но не успел. Удар кулака в шею сбил его с ног. Самояд вскрикнул и вынул было шашку. Поручик перехватил его руку, сжал – шашка с глухим стуком упала на землю.
– Тихо, есаул. Вы арестованы контрразведкой.
Казак опешил и весь сдулся. Подбежали топтуны и стали вязать абрека. Тот был без сознания и не сопротивлялся. Лыков-старший научил сына бить на совесть…
Через час в разведпункте с арестованных сняли первый допрос.
За каторжного все выложил есаул. Когда в его комнатах при обыске нашли двадцать семь тысяч рублей золотыми монетами, негодяй сломался. Он признал, что состоял в сговоре с разбойниками и сообщал им о маршрутах передвижения русских торговых караванов.
Но Лыкову-Нефедьеву пора было возвращаться в отряд.
