В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Нет, просто когда нервничает заикается…
– Так твой сын будет?
– Побойся Великого, Вэл, это мой лучший ученик!
..и единственный – за все десять зим, прикусил язык Коста.
– Лучший! Рука тверда, линии быстры, ум гибок, а память, – Наставник Хо прищелкнул языком, – лучше чем у меня в его зимы.
– И сколько мальчишке? – они обсуждали его так, как будто его здесь не было. – Десять?
– Двенадцать? – протянул Наставник Хо с сомнением. И Коста покраснел от возмущения.
Тринадцать, ему уже тринадцать зим! Неужели нельзя запомнить, но возражать не осмелился.
– Память лучше, чем у тебя? – с сомнением протянул сир Вэйлиент.
– Лучше, – голос наставника Хо звучал непривычно – таких интонаций в свою сторону Коста не припомнил. – Учил сам. Лично. Испытай его, Вэй, я слово даю, лучшего писаря-каллиграфа тебе и во всем Северном не найти.
– Ой ли, пройдоха…
– Вэл!
– А давай, – сир щелкнул пальцами, – если малец не справится – никакого долга жизни за мной, Хо, никаких заказов, и твоя задница навсегда исчезнет с моей земли… Завтра же! – бородач властно щелкнул пальцами, приказывая.
– А если справится? – Наставник упрямо наклонил вперед почти полностью седую голову. Поединок взглядов длился пару мгновений – глаз не отвел ни один.
– Справится… вышлю вестник Хэсау, что пройдоха Хо теперь работает на меня и под покровительством клана.
– Иди сюда, Коста, поближе. Делай всё, что прикажет высокий господин, – Наставник радостно хлопнул в ладоши.
Коста сделал осторожный шажок вперед.
Сир Вэйлиент изучал его, огладил пальцами бороду, а потом одним слитным движением руки просто смел всю снедь со стола на пол – глиняные кувшины покатились по полу, разлетелись в стороны пиалы и тарелки с едой, взвизгнули служанки, посыпалась посуда.
– Рисовать будешь прямо тут.
– Вэй…
– Заткнись, Хо.
– Рисовать будешь… вот этим… – он ткнул одному из охраны в сторону камина – пару остывших углей сюда!
– Побойся Великого, Вэл! ЭТО рисовать углем!
– Заткнись, Хо. Ты сказал испытай – я испытываю.
Коста оторопело смотрел на два длинных куска уголешки в своих ладонях. Плетения сверкнули серебряными искрами, рассекая мутный чад, повисший над столом.
– Вот карта, – сир перебросил свиток по столу в его сторону. – У тебя ровно одно мгновение, чтобы запомнить.
– Но… – Коста мешкал, и тут ему прилетел взгляд Наставника – острый, обещающий все кары земные и голод на декаду в чулане, если облажается.
– Время пошло, – плетения ярко вспыхнули в воздухе ещё раз.
Коса взмокшими дрожащими руками торопливо развернул свиток и начал изучать.
– Время вышло, свернуть свиток.
Бумага зашуршала медленно и неохотно. Сир Вэйлиент снова щелкнул пальцами – плетения времени снова зависли в воздухе.
