В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Когда ты и твой… ученик, докажите, что чего – то стоите в катакомбах.
– Я уже ходил с тобой, Вэйлиент, – голос наставника похолодел.
– Пятнадцать? Двенадцать зим назад? Из которых десять ты трусливо просидел за хребтом, – Блау отхлебнул прямо из бутылки. – и тогда у тебя не тряслись руки.
Наставник налил себе полную пиалу.
– Это последний вечер, когда ты пьешь… С завтрашней зари возьмешь хоть каплю в рот – вылетишь из отряда.
– Я не пью! Мне что поклясться?
– Давно ли ты стал таким, Хо?
Они мерились взглядами пару мгновений – лица тонули в тени, освещенные редкими вспышками пламени, и Коста привычно притих, он до сих не разобрался в отношениях наставника и этого богатого сильного сира, первого наследника клана. Что связывало мастера и заклинателя тварей?
Первого среди равных в этом пределе, обладающего практически безграничной властью, если он находился под землей. Стоящий над тварями, породнившийся, властитель – так сказал старик Хо, но при этом, как будто будто дергая тварь за хвост, дразнил господина именем для ближнего круга – Вэй, и… тот позволял ему это.
– Где тот Хо, который влез по плетущемуся винограду на второй ярус, одолел два ската крыши, взломал защиту женского общежития в гареме градоправителя, чтобы что? – бородач усмехнулся. – Чтобы рисовать рассвет, потому что именно с этой точки высоты открывался прекрасный вид на город.
– Там был лучший свет, – проворчал мастер. – И только. И тот Хо давно сдох. И ты знаешь, где. А то что осталось, – наставник поднял вверх узловатые руки, все тут, но тут – он дотронулся до сердца, – пусто.
– Тебе столько же зим, сколько мне, пройдоха. Ты давно смотрелся в серебро?
Коста приоткрыл рот, не совладав с эмоциями. Косматый крепкий бородач Блау дышал силой и кудлатый наставник с морщинами на лице и почти полностью седой головой выглядел на десяток, а то и два старше.
– Вот к чему приводит отказ от силы рода, отсечение от алтаря и неспособность здраво взвешивать последствия.
– Заткнись, Вэй. Это ярмо на шее, – наставник потянулся к родовой печати на шее сира Блау, но так и не коснулся пальцами, – ты выбрал нести ярмо, я выбрал снять, выбрал…
– …рисовать, быть великим художником, и где ты сейчас Хо? Ты великий художник? Тебя знает вся Империя? Чего ты достиг? Что ты сделал за свою жизнь? Где твоя семья, Хо? Где твои дети? Где твои ученики? Где твои картины, скажи мне во имя Великого?! Вот твой выбор. Твой путь и твоя молитва, – пустая бутылка со звоном покатилась по столу в сторону наставника. – Ещё немного и станет поздно…
– Уже поздно, Вей. Мне осталось около десяти зим.
Коста притих на ступеньке, до боли обхватив колени руками. Вязкое молчание длилось несколько мгновений.
