В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Кривые, косые, но достаточно глубокие, чтобы держать воду. Слепил и выставил сушиться корягу у берега.
Но пить из них он не собирался – нужны, чтобы полоскать кисти и смешивать тушь… Как только заживут руки, он принесет сюда тубус и начнет разрабатывать пальцы.
Заплатка на днище схватилась, и Коста довольно начал обмазывать сверху толстым слоем глины без травы.
Рыжий следил за всем молча – даже не протестуя, после того, как Коста выдал ему яйцо, добытое на скалах – съел и сразу затих, фыркая.
– Чт-то-о-о-о??? Сдурел!!! – не выдержал Лис, когда Коста выстроил сверху заплатки ветки, и положил снизу тонкий пучок сухой травы – запалить.
– Решил нас сжечь? Это дерево – оно сгорит…
– Глина должна затвердеть, – боднул головой Коста упрямо.
– Нет!!! Лодка сгорит! – затараторил Рыжий. – Сгорит лодка – пойдет дождь, что будем делать?!
– Не сгорит.
– Сгорит!!!
– Не сгорит.
– Я не дам жечь лодку, не дам!!! – орал рыжий, повиснул на руке Косты. – Это мое единственное убежище…Ты не гончар ни разу – вон какие чашки кривые!
– И ничего не кривые!
– Кривые! Косые! Страшные! Ужасающие!!! Если ты гончар, то я жрица Мары! Ты хоть раз в жизни глину то месил?
– Месил, – ответил Коста честно.
Рыжий вопросительно заглянул ему в глаза.
– Один раз печку мазал, – сдался Коста. – Фениксов не был, камни вывалились, дымить начала… И ничего – до конца зимы достояла.
– О, Великий!!! – Рыжий закатил глаза. – Все ещё хуже, чем я думал… Давай хоть на чашках попробуем, а… получится и слова не скажу, и сам запалю, и глаза закрою… а так жечь не дам!!!
Коста нахохлился, но – промолчал.
Костер они развели к вечеру, когда Лис потащил его на пляж ещё раз – чтобы не учудил чего, и караулил, то и дело выныривая с плоскими большими ракушками, которые складывал на берегу.
Дождались углей, и зарыли с одной стороны глиняные поделки, а с другой – крупные ракушки в раскаленный песок – с десяток штук, над которыми трясся Рыжий.
– Это… еда… – с сомнением протянул Коста, поднимая склизкую, длинно буро-зеленую морскую траву… хоть она и подсохла – пригодной для употребления внутрь не выглядела.
– Водоросли!
– Они выглядят не так…
– Их можно есть, – терпеливо произнес рыжий, и демонстративно засунул одну зеленую соплю в рот – с шумом засосал и зачавкал, изображая удовольствием. Прожевал и выдал. – Не хочешь, не ешь, мне больше достанется…
Коста вздохнул и положил зеленую морскую траву в рот.
Ракушки сготовились быстро – рыжий охал, совал обожженные пальцы в рот, вытаскивал их из костра палочками. Когда они чуть остыли, он требовательно протянул Косте руку.
– А теперь нож давай, – произнес он деловито. – Я видел – у тебя есть.
Коста вытащил из кармана нож оборванца с рынка, обмотанный куском тряпки и перебросил рыжему пройдохе.
