В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Я уверен мы рождены братьями, мы точно должны стать братьями! Ты отдал мне кусок лепешки – это священно, мы разделили хлеб, значит – теперь братья, осталось разделить кровь, и… – Лис ухмыльнулся, – потом ты пожалеешь, если мы расстанемся, а мы так и не станем братьями… Когда я стану знаменитым, ты придешь на представление – я увижу тебя и скажу – вот, десять зим назад меня отвергли, – рыжий патетически приложил ладонь ко лбу, – я предлагал ему свое сердце, свою душу, всего себя, – прижал он руки к груди, – и даже пол булочки!
– Пол булочки? Когда?
– Не важно! Главное не слова, а эмоции!!! – зашипел мальчишка. – Я расстроен, убит, светляки на сцене сияют, публика рыдает от того, какая история…меня – отвергли!!!
– Ты пока ещё не знаменит.
– Буду, – хитрая мордочка вытянулась, и он похлопал длиннющими ресницами – хлоп, хлоп, хлоп, хлоп."
"Коста закатил глаза вверх. Полночи – полночи он слушал про то, как Рыжий станет знаменитым. Великими и сияющим. Звездой театральных подмосток – драгоценностью труппы Ашке, самым почитаемым из всех менестрелей всех времен и народов.
Рыжий грезил театром. Грезил с тех пор, как одна из небольших провинциальных трупп не сделала крюк, разогнав сиянием своего величайшего творчества глухую тьму невежества на побережье.
– А ты будешь каллиграфом…Учти, я общаюсь только со знаменитыми, так что тебе придется соответствовать моему уровню! А я стану самым великим!
– Ага..
…
– Ага…
…
– Ага…
…
– Ты заткнешься или нет? Спи уже!
* * *Утром они вышли в город затемно – заря только-только позолотила небо. Скалы были мокрыми после дождя, Коста – сонным и не выспавшимся, тропа – узкой.
Вниз, на острые скалы он сорвался, качнувшись вбок – потерял равновесие, а нога соскользнула.
– Дерррррррржиссссссссссььь, – хрипел Рыжий, прикусив губу. Лицо пройдохи стало алым от напряжения – вены на руках и на лбу вздулись. – Держись, мать твою за ногу…
Коста держался, но – ладонь выскальзывала. Лис распорол руку о камень, когда ловил его, и кровь – вязкая, стекала вниз… пальцы скользнули…
– Держись я сказал!!! Арррррр… – зарычал Рыжий, перегнулся вниз, и каким-то неуловимым движением, схватил его второй рукой за халат, дернул вверх на себя так, что они оба оказались сверху – на самом краю.
Дыша – тяжело и влажно, они лежали мгновений пять, глядя в бескрайнее небо.
– Придурок, – выдал рыжий первым. – Сказал же – мокро. Сказал же – скользко. Сказал же – глаза протри и смотри под ноги.
Коста вяло замычал в ответ – сил возражать не было, как и возразить, что кто-то не давал ему спать всю ночь, а, если бы он выспался, то был бы куда более внимательным…
– Руку распорол… глубоко, кровит то как, – жалобно стонал Рыжий. Развернулся к нему и со всей дури припечатал его по плечу.
