В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
…
…"
"… подземелья кружились в памяти вереницей… тусклые коридоры… желые глаза-блюдца и постоянное неизбывное чувство страха, которое преследовало его на каждом уровне…литеры V светились на стенах холодным серебром плетений с редкими вспышками тьмы…удар, треск, ещё удар и крики стихли где-то дальше по коридору…он побежал…поворот, второй, десять шагов и… пленка силы замечала уровень прямо посередине коридора! Они активировали формацию! Но он же тут, а они – там, а твари тут!
…цокот когтей по полу раздался где-то далеко во тьме коридора…сердце билось прямо в горле, часто-часто, как птичка…затянутые в спешке завязки распустились и штаны поползли вниз… цокот когтей по полу сзади… отдалялся и приближался…он замер, не дыша. рядом со сталактитом…почти став им, слившись… цокот когтей по полу сзади… отдалялся и приближался… цокот когтей по полу сзади… отдалялся и приближался… отдалялся и приближался…
…
…
– Ты повредил ему щит!!!
– Да не трогал я его…
– Нет, повредил! Если сломал…
– Я не трогал его, он – прячет воспоминания, сопротивлялся, какая реакция при сопротивлении ты и так знаешь, – тихо огрызнулся второй менталист.
Коста с трудом проморгался, когда его аккуратно похлопали по щеке – и увидел, что они трое стоят под куполом на сцене. Из носа текла кровь и он оттер ее рукавом формы.
– Я не тронул щит, он даже не кричал! – снова прошипел Второй. – Все кричат, всегда кричат, стонут и верещат, как кепи на деревьях, а этот – не кричал… значит, он прячет страхи!
Коста помотал головой – нет, нет, ничего он не прятал. Ничего!
– Будь предельно аккуратен, – скомандовал первый менталист. – Если ещё раз…
– Всегда, – цыкнул Второй. – Твое дело фокус, вот и держи.
Молчали Наставники, молчали ученики, молчали менталисты.
– Уииии…. – заверещал кто-то, как только менталист снял купол тишины, щелкнув пальцами. И Коста только увидел Пятого, который прикрывая руками низ спереди мчался из аудитории, чуть не сшибив Наставников на первом ряду. Следом за Пятым из аудитории вылетел ещё один ученик с заднего ряда.
– Обделались, – прошептал кто-то ошеломленно. Но смеха, как прошлый раз – не было. Амфитеатр молчал.
– Что это… было?
– У меня спина взмокла…
– Это вообще где? Подземелья или что? Гроты? И знаки на стенах?
– Это твари, – произнес кто-то мягко.
– Настоящие? Живые? Он их видел и остался жив?
– О-о-о…
– Тишина!!!
– Следующее… – начал менталист.
– Я думаю, мы сократим программу, – перебил старичок-учитель в первом ряду, поправляя очки, чтобы лучше видеть – Коста вытирал рукавом кровь под носом.
– Страха уже достаточно. Одного воспоминания хватит. Отдайте ученика комиссии…
– В правилах указано – два воспоминания на каждый случай, – возразил второй менталист.
