В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Видеть суть
Северный предел, старый город
Двенадцатая декада с момента начала «зачистки»
– Один, два, три, четыре… девять, – Коста потряс головой, вывалил уже перетянутые лентами свитки пергаментов с бирками прямо на стол, и начал считать повторно, откладывая по-одному в сторону. – Раз, два, три… девять. Девять!
Должно быть десять! Одного уровня не хватает! Куда делся ещё один? Через тридцать мгновений их ждут в ратуше!
Косты закрыл глаза, выдохнул, и начал считать ещё раз.
Свитки уровней, схемы и планы готовили за декаду и сегодня представляли в магистрате. Утром Коста так и не смог проглотить ни ложки – первый раз за свою короткую жизнь.
– Раз, два, три…
– Хо-хо-хо, хо-хо-хо… светило ходит высоко, хо-хо-хо, хо-хо-хо… – Наставник Хо в свежем верхнем халате, подвязанным праздничным витым поясом – по такому случаю, спускался с лестницы, помахивая в воздухе трубочкой свитков, стянутых…
– Десятый! – Коста выхватил драгоценность, упаковал в плетенный баул к остальным, и затянул ремень. Мастеру доверять сегодня нельзя – старик вел себя странно – улыбался, встал раньше зари, сам сходил в пекарню за завтраком, и потом сам – не дав ему даже протереть вывеску, лично приладил на флигель пекарни доску – “Лавка имперского мастера-каллиграфа Хо”.
* * *Каждая карта уровня уже была помечена сразу тремя печатями – три уровня проверки – печать сира Блау, клановая, печать мастера-каллиграфа Хо и маленькая закорючка «К», которую ему разрешили поставить в верхнем углу каждого свитка. Такая незаметная, что не разглядеть, если не присматриваться, но Коста знал – и этого было достаточно.
Если магистрат примет планы катакомб – его “К” войдет в Хроники.
– Одиннадцатый – принято… двенадцатый – принято… семнадцатый… двадцатый…
Коста затаил дыхание, наблюдая, как поочередно к планам прикладывают печати, оставляя оттиски силой – заклинатель Блау, мастерская печать Наставника Хо и третьей – к свитку прикладывает свой перстень Первый помощник градоправителя.
Весь вчерашний день почти от зари и до зари команда спускалась вниз, чтобы сравнить карты уровней и проверить повороты.
– Принято.
* * *Северный предел, поместье рода Блау
– Вот. Твой последний заказ, малец. Я давал слово.
Первая линия защиты сияла серебром, купол было видно едва-едва, но Коста затаил дыхание, не в состоянии представить, сколько свободной силы сейчас переливается перед ним в воздухе.
Ворота поместья Блау высотой в четыре его роста покосились, обуглились по краям и были испрещены следами плетений – Коста насчитал четыре вида повреждений – режущие, молнии, секущие и черные точки от огня.
Наставник Хо шумно выдохнул.
– У Хэсау сейчас не лучше, – сварливо ответил Блау.
