Это не было озвучено, но я поняла, что в руководстве планеты есть кто-то, кто поручился за папу, несмотря на все обвинения, и согласился предоставить ему нейтральное место для временного пребывания. А также начать собственное расследование по его ситуации, по официальным каналам отправив Земле и Зитару отказ в экстрадиции.
Папа заболел еще до падения, скорее всего, даже до своего побега с планеты-пустыни. С момента прибытия сюда он не приходил в себя, поэтому военным и властям планеты оставалось только организовать ему охрану и лечение. И ждать.
- Информация о том, что я дочь Советника Разина... - начала я.
- Была предоставлена медиками, которые сделали проверку ваших ДНК, - отозвался миранец, - Совет держит данные по вашему отцу в строгой секретности, задействовав многие службы и ресурсы. Медцентр поделился полученной в результате анализов информацией с военным ведомством, а уже оно предоставило данные в Совет. По решению властей, вы, как и ваш отец, попадаете под защиту планеты и будете находиться здесь до тех пор, пока Миран не закончит собственные проверки.
- Власти Зитара ищут и меня? - уточнила я.
- Мы этого пока не знаем, - покачал головой миранец, - но не волнуйтесь, в свете того, что сообщил нам господин Ти-Шор, - он многозначительно кивнул в сторону сидящего рядом со мной медика, - ваше пребывание у нас в любом статусе и при любых обстоятельствах не вызовет проблем.
- Почему? - удивилась я.
- Вы “мира”, - пожал плечами мужчина, - потенциальная замыкающая. А значит, планета автоматически берет вас под опеку.
Я сузила глаза и перевела взгляд на Лекса. Неужели то, что я по предположениям миранцев имею в своей ДНК какой-то ген, обяжет меня оставаться здесь независимо от моего желания. Даже не беря в расчет ситуацию с папой.
- Это вас ни к чему не обязывает, - словно прочитал мои мысли медик, - это просто дает вам право находиться здесь сколько угодно времени под защитой Мирана. Такие женщины, как вы, ценны для планеты, независимо от того, каким образом они на нее попали.
- Хорошо, - кивнула я. В голове все перемешалось, мысли перескакивали с папы на получение статуса замыкающей, а потом и на угрозу инфекции в медцентре. Этих мыслей было слишком много, и я чувствовала усталость и упадок сил, но вместе с этим с моих плеч прямо сейчас сняли огромный груз, который давил на меня все эти дни.
В данный момент все остальное стало неважным.
Папа жив. Папа рядом со мной. Он под защитой планеты, связываться с которой мало кто рискнет. Ему окажут помощь, его защитят. И мы.... Мы наконец-то сможем воссоединиться.
***Некоторое время мы провели в запечатанном отсеке, без возможности куда-то выйти или кого-то увидеть.