Автор
В забытой Пекарне время замедляется, и там внезапно появляются новые персонажи — детишки, ожившие из будущего. Вокруг хаос, но в душе приходит спасение от детского голоса, пугающего смеха и чьей-то неизвестной молитвы. Здесь начинается сюрреалистическая история о взрослом попадании в мир, где время стопорится, а дети — непонятные гости из другой реальности....
– Надо раньше, – интересно, а почему я слышу только ее мысли. Почему не слышу отца, к примеру.
– “Тебе надо, ты и начинай”. – первыми промелькнули мысли, и лишь спустя мгновение последовал ответ. – Ну так люди привыкли уже к обеду за хлебом приходить. Не стоит что-то менять, сеньорита, – Урсула насмешливо смотрела на меня.
– Завтра приходите к пяти утра, – придала лицу самое строгое выражение.
– “Щас, уже бегу!”, – снова мысли женщины оказались быстрее языка. – Конечно, как прикажете, – я кивнула и вышла во внутренний дворик.
Сабрина уже поела, и потому я быстро принялась за еду.
– Как папаша себя чувствует? – девочка пила отвар из трав. Видимо, аналог чая. Несмотря на то что мы обе дочки пекаря, на фигурах это никак не отразилось. Владелица моего тела явно за ним следила и ничего лишнего себе не позволяла. А может, это ее длительные прогулки дают о себе знать, не знаю.
– Не называй его так, прошу, – мне так резал слух это странное обращение “папаша”. От чужих его слышать было еще терпимо, но от Сабрины коробило невероятно.
– Как? – ребенок так привык к этому слову, что даже и не поняла, о чем я говорю.
– Не называй отца “папашей”, – уточняю просьбу.
– Но его так все зовут, – удивляется девочка.
– Называй его: отец. Хорошо? – я не знаю, как это объяснить. Не уверена, что девочка меня поймет.
– Хорошо, – немного растерянно соглашается Сабрина.
– Отец думает о смерти и о том, что оставляет нас на произвол судьбы, – признаюсь я Сабрине о беспокойстве отца. Сперва я не понимала, почему он так отнесся к обычному перелому. В моем мире это рядовой случай, а здесь чуть ли не смертный приговор. Это еще хорошо, что переломы закрытые, но если они останутся в том виде, в котором их оставил лекарь, то запросто могут неправильно срастись и причинять сильную боль в дальнейшем.
– Он теперь навсегда прикован к постели? – Сабрина со страхом смотрит мне в лицо."
"– Нет, и мы поможем ему быстрее выздороветь. А еще нам надо выжить эту Урсулу, – к сожалению, союзником в этом мире является лишь девочка-семилетка. Доверять, полагаться и советоваться я могу только с ней.
– И как мы это все сделаем? – на личике ребенка любопытство и решительность.
– Сперва отец, а завтра начнем хозяйничать на кухне. А то Урсула возомнила себя здесь главной.
