Пепел: В руках незаметного путешественника прячется тайна Седьмого Неба. Подземелья красной кометы раскрывают дверь в бездну демонов, а посох и ускоренная походка подстегивают героя к опасным миссиям. Его судьба сливается с неведомой трагиками над всеми богами, будь то смертные или бессмертные....
— В своем благородстве ты не ведаешь границ! Твоё пламя горячее света небесного скитальца, твои клыки и когти — острее первой влюбленности, а разум твой чище и яснее родникового ручья.
Дракон замедлился и с любопытством глянул на говорившего.
— Не тяни время, червь! Я съем тебя даже если твои речи будут слаще патоки!
— И в этом нет никаких сомнений, о великий и могучий, — сердце Эша стучало так быстро, что парню показалось будто оно и вовсе делает один длинный, затянувший удар. — Но позволь мне сделать лишь одно предположение.
— Предположение? Хм… Что ж, я давно не вел ни с кем диалогов, так что позволю затянуться этому фарсу еще ненадолго. Да и то что в твоих руках часть Первоцвета заставляет меня испытывать какой-то странный интерес. Говори свое предположение.
Эш собрался с духом, привел мысли в порядок и решил зацепиться за предоставленную ему соломинку. Все равно кроме этой жалкой соломинки у него ничего и не было.
— О великий и могучий, я осмелюсь предположить, что чем больше энергии ты поглощаешь, тем сильнее становишься сам.
— А ты умен… для червя конечно, — дракон, будто действительно был огромной змеей, свился кольцами, уложив могучую голову на не менее могучее туловище.
Эш, приподняв голову, заметил, что в одной из лап монстра сверкает голубая жемчужина таких больших размеров, что она вполне могла бы сойти за ледниковый валун.
— Тогда, о великий и могучий, позволь мне предложить тебе сделку. Ведь если ты сейчас съешь меня, то не станешь сильнее ни на йоту. Как ты справедливо и мудро заметил, я лишь жалкий и презренный черв.
— И ты предлагаешь мне пощадить тебя? Полагаешь что я настолько глуп, чтобы купиться на эти речи?! — от рыка дракона у Эша из ушей потекла кровь, а когда клацнули челюсти над головой, то с кровью смешался и страховой пот.
— Нет, о великий и могучий, — волшебник разве что не распластался на полу в попытке уверить дракона в своей почтительности. — Конечно же ты волен съесть меня в любой момент. Я лишь подозреваю, что именно этот момент не является самым удачным, ведь я так слаб.
Монстр перестал рычать и плеваться огнем. Он вновь свернулся кольцами и уставился на человека.
— Да… возможно ты прав. Ты слишком слаб, чтобы сделать меня сильнее. Насытить — бесспорно, но не более.
Магик молчал, выжидая пока дракон задаст решающий вопрос. Вы не думайте, что древний монстр был слишком глуп или недальновиден, нет, просто все представители его прославились своей алчностью.
