Пепел: В руках незаметного путешественника прячется тайна Седьмого Неба. Подземелья красной кометы раскрывают дверь в бездну демонов, а посох и ускоренная походка подстегивают героя к опасным миссиям. Его судьба сливается с неведомой трагиками над всеми богами, будь то смертные или бессмертные....
"
"— Как и положено в моем возрасте — ноет, — улыбнулся Артур, поглаживая длинную, серебряную бороду, доходившую шестифутовому магу до пояса.
— Может возьмешь отпуск? — подмигнул король, что совсем не соответствовало его высочайшему положению.
— Что бы вы, Ваше Величество, наводнили дворец балаганными фокусниками? Никогда в жизни!
— Я так и знал, — якобы разочарованно вздохнул Газранган. — Ты никогда не любил цирк.
— Зато вы его просто обожаете. Благо, это увлечение разделяет ваша прекрасная жена.
— Это да, — и тут король, с присущей ему строгостью, резко перешел к делу. — Но я позвал тебя по другому поводу.
— Я в вашем распоряжении, мессир.
— Артур, полгода назад я попросил тебя взять в обучение одного юношу.
Лицо Архимага мигом помрачнело, а уголки губ задрожали в негодовании. Это просьба стала для престарелого магика самым тяжелым испытанием за всю его жизнь.
— Все так, мессир, — кивнул маг.
— Сегодня я бы хотел узнать, каковы его успехи в нелегком деле волшебства.
— Они, без всяких сомнений, поражают, мой король. Еще не доводилось мне видеть адепта поглощающего знания с подобной скоростью. За эти неполные полгода, еще до первого снега, он овладел двумя формами огненной магии и постиг тайные знания почти семидесяти Слов. Даже вспоминая себя в его годы, я не мог похвастаться таким талантом. Поистине, мессир, вы привели во дворец великого гения волшебства.
Газранган, слушая хвалебные речи, кивал, думая, как вы уже поняли — о чем-то своем.
— Я рад это слышать, господин первый Архимаг. Но что вы скажете об Эше, не как о ученике, а как о человеке?
Тут лицо старика покраснело, а в глазах заиграли стальные отсветы.
— Чудовище! — воскликнул он. — Сущий дьявол! Все это время я следил за его обучением. Смотрел на то как первые рыцари обучают его ездить на лошадях, на то как камердинеры учат пользоваться столовыми приборами, на то как писари дают ему возможность познать грамоту, историки — прочесть древние трактаты.
