Пепел: В руках незаметного путешественника прячется тайна Седьмого Неба. Подземелья красной кометы раскрывают дверь в бездну демонов, а посох и ускоренная походка подстегивают героя к опасным миссиям. Его судьба сливается с неведомой трагиками над всеми богами, будь то смертные или бессмертные....
"
"Конечно приходилось учиться: ездить верхом (отбив себе задницу), или пользоваться такой глупостью, как столовые приборы (исколов все пальцы и порезав пару раз язык), научиться писать, непонятно для чего и зачем, и даже постичь экономику! Хотя суть денег все так же была сокрыта от Эша. Тот не понимал, как, к примеру, мушкет может стоить золотую монету. Ведь мушкет он такой большой, а монета такая маленькая, к тому же вечно теряется. Вот кусок вкусного, жаренного мяса, мушкет стоить мог. Ведь его — мясо, можно скушать и потом не испытывать голода почти весь день, а золотом вряд ли можно наесться.
Так же Эш никак не мог понять, почему на него так странно смотрят девушки. Юноша старательно избегал их общества, не очень-то понимая почему они носят платья, а он — комзол. Так же волшебник не знал почему леди ходят в одни купальни, а мужчины в другие. И вообще, в чем заключается основополагающее различие между двумя полами.
Эш не знал еще очень много и был благодарен королю за то, что тот бесплатно учит его многим премудростям.
В дверь, вернее — в огромные, девятифутовые двери постучались.
— Войдите! — крикнул Эш.
И, можно не сомневаться, не крикни он — и стучавшийся бы не услышал даже писка, настолько большими были выделенные баронету покои.
Внутрь протиснулся королевский камердинер и чванливо, насколько это возможно, прокричал:
— Его Величество король Газранган IV вызывает баронета Безымянного в малый Тронный зал.
Волшебник захлопнул книгу, запоминая страницу на которой остановился; он соскочил с перил балкона и зашел внутрь покоев. Красивый юноша лет восемнадцати поднял свой изящный, резной посох с изысканным орнаментом — подарок короля, и пошел вслед за камердинером.
Здесь, среди блеска золота, бархата, парчи, изысканных витражей, искусных барельефов, скульптур известнейших творцов, бесконечной роскоши и красоты Эш чувствовал себя неуютно. Он не понимал почему полотно какого-то придворного художника ценнее рисунка маленького ребенка.
