В Перегриме жалкие мученики пытаются выбраться из тюрьмы душ, где они заточены за бесчестие и грехи. Жаркий огонь внутреннего конфликта схватывает их насквозь, а болезненно-глубокое равновесие между жизнью и смертью становится критическим фактором для выживания.
Первым центурионам дал в придачу Хаста пура (Серебряное копье) — маленькое серебряное копье без наконечника. Трибуны с узкой полосой (из сословия всадников), к которым был отнесен и я, получили еще и «Вексиллум» — маленький штандарт на серебряном поле. Трибуны с широкой полосой (сенаторы) — по два таких комплекта. Преторы и легаты легионов — по три. Само собой, среди награжденных почти не было представителей бывших легионов Квинта Лутация Катула, и в этом сражении, по мнению консула, проявивших себя не с лучшей стороны.
"К этим наградам я отнесся спокойнее, чем к предыдущим. Они ничего не меняли в моей жизни. Я богат и знатен и без этих побрякушек. Сильнее порадовало то, что Гай Марий больше не упоминал о золоте Толозы. Ведь победили, в том числе, и благодаря моему отряду, а может быть — чего скромничать! — именно благодаря ему. Да и захваченные нами трофеи были дороже прошлогодних. Одних только рабов на каждого моего воина вышло по восемь человек, а мне досталось на целую деревню.
Обе римские армии разошлись в разные стороны без своих главнокомандующих. Легионы Квинта Лутация Катула переместились на северо-восток, в свои старые каструмы, оставленные под натиском кимвров, которые, как и тевтоны, буквально испарились. Если попадался в этих краях германец, то был из какого-нибудь другого племени, обязательно враждебного кимврам. Легионы Гая Мария потопали в Провинцию, чтобы защищать ее.
