В Перегриме жалкие мученики пытаются выбраться из тюрьмы душ, где они заточены за бесчестие и грехи. Жаркий огонь внутреннего конфликта схватывает их насквозь, а болезненно-глубокое равновесие между жизнью и смертью становится критическим фактором для выживания.
— Каким оружием лучше владеешь? — продолжил опрос чиновник.
— Копье, меч, булава, лук, — перечислил я.
— Стреляешь из лука хорошо? — поинтересовался он.
Я вспомнил, что скифы до сих пор считаются лучшими воинами, особенно лучниками, поэтому сказал:
— Скифы учили, — и предложил: — Могу показать.
— Не надо, верю тебе, — отказался чиновник. — Нам как раз лучники и пращники нужны, никак не можем набрать нужное количество, — рассказал он, после чего достал бронзовую табличку, на которой была вычеканена присяга, сам быстро пробубнил ее, поскольку был уверен, что читать я не умею.
Главную часть присяги составляли требование следовать за командиром, куда бы он ни вел, и предупреждение, что за невыполнение приказа и дезертирство полагалась смерть без суда.
— Скажи «То же относится и ко мне», — дочитав, потребовал он.
Я произнес нужную фразу.
— Будешь присягать повторно в первый день каждого года, — предупредил он.
Новый год у римлян начинается первого марта.
- Пойдешь служить на либурну Сафона, — принял решение чиновник. — Она стоит на берегу справа от ворот, спросишь там.
Поскольку мне надо было снять жилье для Поллы, поинтересовался:
— Где и когда получу деньги, полагающиеся при зачислении на службу?
— У Сафона на следующей неделе, когда будет выдавать жалованье, — ответил чиновник.
Значит, придется тратить деньги, которые получил за проданный в Риме серебряный кубок со скачущими скифами, доставшийся мне при разделе пантикапейской добычи.
Полла, которую я оставил ждать во дворе, время зря не теряла.
— Я узнала, где можно снять комнату в инсуле всего за пятнадцать сестерциев в месяц, но надо будет заплатить за полгода вперед, — сообщила она.
Эта дурная привычка благополучно доживет в Западной Европе до двадцать первого века. Если захочешь арендовать жилье на меньший срок, придется заплатить процентов на десять-двадцать больше."
"Нужная нам трехэтажная инсула располагалась на узкой улочке неподалеку от ворот, ведущих к морю. Впрочем, в маленьком Мизене все рядом с этими воротами. Хозяин инсулы был крив на левый глаз, что не мешало ему замечать мельчайшие изъяны монет.
