Автор
В Перехватчике мир спецслужб рушится под ногами: бывший референт премьера и новый президент Центра нетрадиционных технологий в Академии наук — две фигуры, которые пытаются утвердить свои позиции. Но не все так просто, когда исчезают ключевые игроки, как Горшков и Максимович. В этом мире нет места для случайностей и простых решений....
– Это президент Ассоциации…
– Да хоть бы папа римский!
– Он ранен…
– Не сдохнет!"
"Матвей круто развернул к себе говорившего верзилу, зама Белоярцева, сжал ему запястье особым образом, так что тот охнул, и сказал, проникновенно глядя в расширившиеся глаза:
– Учись быть вежливым с поверженным противником, лейтенант, иначе тебе не место в органах. Усек?
– Да пошел ты!..
Матвей сжал пальцы верзилы сильнее, тот побелел и закатил глаза.
– Уяснил, я спрашиваю?
– Ладно, отпусти его, Соболев, – подошел возбужденный Белоярцев, держа палец на спусковом крючке «волка».
– Чем они провинились? – спросил Матвей, глядя вслед Евгеньеву, который все оглядывался на него. – Не похоже, чтобы они работали на «Чистилище».
– Наше дело – взять, – осклабился командир «Грозы», все еще не отвода ствола пистолета от живота Соболева. Тот глянул на пистолет, потом на майора, покачал головой.
– Не выйдет у нас с тобой любви… Люда. И не надувай щеки, не твое это дело – командовать спецгруппой.
Лейтенант отлетел назад, роняя оружие, и упал в лужу с осколками стекла. Стиснув пистолет побелевшими пальцами, Белоярцев посмотрел на него, потом на Матвея, встретив холодный, предостерегающий взгляд, и не решился на действие.
– Не много ли на себя берешь, ганфайтер? Ребята не любят таких, правильных. Не боишься получить пулю от своих же в следующей совместной операции?
– Совместных больше не будет. – Матвей повернулся спиной к Белоярцеву и сбежал по лестнице вниз, догоняя конвой. Ему захотелось задать президенту МАНОКК пару вопросов.
Вечером, после встречи с Василием на его «хазе», где они обговорили детали предстоящего похода под Кремль, Матвей в одиночестве пил чай и размышлял о том, что узнал о МАНОКК и объединении «Честь и Достоинство».
