Автор
В глубине времени, возле перекрестия двух веков, происходят невероятные перемены, когда обычные жизни и корыстные расчеты оказывают влияние на судьбы государств. Здесь каждый шаг имеет значение, и лишь немногим удается прочесть тайны этого скрытого мира.
Он подсознательно чувствует частичку вечности в себе, и это заставляет его сомневаться в конечности жизни, заставляет бросаться в поиск смысла жизни и, наконец, в поиск Бога.
— И это длится с начала времён, — глубокомысленно промолвил отец Иоанн.
— Да ничего подобного, — возразил Сэнсэй. — Раньше первые люди жили в Боге. В них доминировало духовное начало, а материальное было заглушено. Они жили много лет. Им не были известны болезни, потому что они не болели вовсе. И жили, в принципе, столько, сколько каждый хотел — по тысячу лет и более.
— Интересно, а как старится эта самая клетка и сам организм? — поинтересовался Скорпион.
"— Ну, как… Любая клетка похожа на своеобразную молекулярную фабрику. Фактически она способна работать и воспроизводиться без всяких признаков усталости или старения бесконечно долго.
— Такого не может быть! — тихо воскликнул отец Иоанн.
— Почему не может быть? Вот тебе наглядный пример. Одноклеточные существа, размножающиеся бесполым способом (к примеру, амёба, инфузория), при благоприятных условиях способны штамповать свои «клоны» сколько угодно раз. Это давно уже известно учёным.
— Да, но человек не бактерия, — возразил отец Иоанн.
Скорпион усмехнулся и высказал вслух пришедшую на ум мысль:
— Понятное дело, он же был создан в последний день творения, когда Бог уже утомился.
Друзья снова засмеялись. И когда смех более-менее утих, Сэнсэй продолжил:
— Просто у человека, как и у высших позвоночных, есть свой программный «хронометр» по срокам жизни, определяющий в том числе и количество делений клетки.
Вано и Скорпион молча уставились на Сэнсэя, явно пытаясь «догнать» сказанное их другом.
