Встреча с книгой начинается неудачно — девушка требует братьев Карамазова, хотя сама оказывается более похожей на писателей Стругацких. А утро нового дня обещает быть запутанным и полным неожиданностей для этих непростых перекличек.
Мы на остановке стояли, дождь полил проливной!.. И она мне говорит, как же я с автобуса до дома дойду, у меня зонта нет! Я побежал в магазин и купил зонт. Как она радовалась, девчонка эта! Так радовалась. Даже поцеловала меня.
Лида смотрела на него странно.
Маруся замерла с вилкой в руках.
Гриша в отдалении насаживал на шампуры толстые куски розового мяса и ничего не слышал.
– Тётя Лида, – закричала из дома Агриппина. – Картошку ставить?
– А что потом было? – спросила у Константина Лида. Требовательно так спросила!.
– Когда? – не понял тот.
– После того как ты зонт подарил?
– А… Она замуж вышла, по-моему, на третьем курсе. А я сессию завалил с горя и в армию ушёл. Потом доучивался уже с другими, её редко видел.
– А… где ты учился?
– В лесотехническом, – удивился Константин. – А что?
Лидия вздохнула:
– А я в историко-архивном.
– Тётя, – осторожно спросила Маруся, – ты что? Плачешь?
– Да что ты! – воскликнула Лида. – И не думаю даже! Неси, Марусенька, свечи, которые в бокалах. Что-то, мне кажется, света у нас мало!.
Когда наконец сели ужинать, водрузив в центре стола большущую деревянную миску с шашлыком, – Константин уселся рядом с Лидой, – явился участковый Илья Семёныч, а с ним… Марусин отец!
– Папа! – закричала Маруся, выбираясь из-за стола. Гриша придерживал её за талию, чтобы она не упала. – Как хорошо, что ты приехал!
Отец улыбался, что редко с ним случалось, был чем-то очень доволен, мужики немедленно выпили по первой, закусив необыкновенным пирогом с капустой Агриппининого приготовления.
– Ну и дела тут у вас творятся! – сказал Марусин отец и налил по второй.
– Пап, у тебя же печень… – вякнула Маруся.
– Да переживёт моя печень, и не такое переживала! Ну, за всех присутствующих, постоянных и вновь прибывших!..
– Папа, мы тебе должны столько рассказать! Вот Костя, они с Гришей меня спасли, только ты не волнуйся!"
"– Да я не волнуюсь, я радуюсь, – отвечал отец, что тоже было на него не похоже. – Лид, Лид, а подарок-то наш? Подарила?
– Забыла! – вскрикнула тётя и полезла из-за стола, как давеча Маруся.
Она помчалась в дом и вынесла какой-то пакет.
Маруся вытянула шею, чтоб посмотреть, что там, но понять было невозможно, хотя на этот раз во дворе горели все лампы.
Лида сунула пакет своему брату, тот под столом вытащил что-то, отвернулся и стал производить некие манипуляции.
– Ну па-ап! – не выдержала Маруся.
