Человек, когда-то считавшийся неудачником, добивается всего, о чем мечтал. Но обилие материальных благ оборачивается духовной пустотой. Погружаясь в беззаботное наслаждение, герой становится заложником собственного внутреннего вакуума. История о том, как успех без смысла разрушает личность.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Перерыв на жизнь»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Человек, когда-то считавшийся неудачником, добивается всего, о чем мечтал. Но обилие материальных благ оборачивается духовной пустотой. Погружаясь в беззаботное наслаждение, герой становится заложником собственного внутреннего вакуума. История о том, как успех без смысла разрушает личность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Человек, когда-то считавшийся неудачником, добивается всего, о чем мечтал. Но обилие материальных благ оборачивается духовной пустотой. Погружаясь в беззаботное наслаждение, герой становится заложником собственного внутреннего вакуума. История о том, как успех без смысла разрушает личность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Все темное, много отделки из натуральных материалов: камень, дерево. Даже в
спальне черные стены. Умом тронуться... Но планировка такая, что не гнетет этот цвет, успокаивает. Нет двери, нет
закрытого пространства. Как будто стены одной нет.
— Артём, — зовет Рада, касаясь губами его шершавой щеки, — тебе твои шлюшки завтрак делали? Тебе кто-нибудь варил
кофе в турочке с корицей? У тебя есть турочка?
Гера лежит на животе, заложив руки под подушку.
— Нет, — хрипло отвечает, не открывая глаз.
— Надо купить. Нет, я сама куплю. Ты же ничего не понимаешь в турках. У меня есть новая, керамическая. Буду тебе кофе"
"варить с душой. А кофемашина — это машина.
Он усмехается, шевелится, перемещает руки немного вверх и подтягивается выше на подушке. Рада смотрит на его широкую
спину. Подбирается поближе, проводит ладонью вдоль позвоночника. Задерживает руку на пояснице. И отдергивает ее. У
него там два широких шрама. Только она набирается смелости спросить, откуда они, краем глаза замечает кошку и
отвлекается. На эту кошку невозможно не отвлечься. Она двигается к кровати. Но так странно идет, подтаскивая задние
лапы. Почти их не разгибая.
— Артём, у тебя кошка заболела? Она болеет?
— Если заболела, пусть сдохнет.
— Гера! Как ты можешь? Что с ней?
— Вот ты суетливая с утра. — Он со вздохом переворачивается на спину. — Олька уже здоровая. Она просто хромает. Она
всегда будет хромать.
Рада не отрывает взгляда от Оли. Та, доковыляв до кровати, приседает на месте и щурится. Улыбается.
— Она не хромает. Она еле ходит.
— Ну, вот такая она у меня калека.
— А что с ней случилось? — Протягивает руки и гладит кошку по голове.
— Не знаю. Я ее котенком нашел. Забилась под колесо. То ли лапы перебили, то ли наехали.
— И ты оставил ее себе?
— Хотел Петровне подогнать подарок. Отвез в ветеринарку, потом пока таскался с ней, лечил, привык, не стал отдавать.
Петровне животных опасно доверять, еще молотком огреет. Она бабка темпераментная. Вылечить — вылечили, но вот
лапы Олька все равно таскает и прыгать не умеет. Зато по-пластунски только так. Как она вчера к тебе подкрадывалась, это
надо было видеть, — смеется.
— Хорошая киса, иди ко мне.
— Не тащи ее в кровать, — строго предупреждает Гера.
— Как это не тащи? — улыбаясь, бормочет Радка и берет животное на руки. — Смотри, какая она ласковая. Ей так хочется,
чтобы ее погладили.
— Потом шерсть везде будет. Грязища.
— Ничего страшного, Петровна приберется. Киса, не слушай своего хозяина. Он ничего не понимает. А почему ее Оля зовут?
— Потому что Олимпиада она, потому и Оля.
Рада заливается смехом.
— А почему Олимпиада?
— Ну, не Контрреволюция же. Ты посмотри на нее, она все виды спорта прошла. Как пить дать, с шестом прыгала.
