Богиня оторвалась от пола и плавно взлетела, направив на резервуар раскрытые ладони. Вмиг очистились стены, а сама емкость наполнилась зеленоватой жидкостью.
- Теперь необходима основа, - прокомментировала она свои действия.
Никто не заметил, откуда в руке Оюн появился нож. Один взмах, и на запястье Власовой появилась тонкая красная царапина.
- Нам нужно несколько капель крови!
Рука Владки сжалась в кулак. Несколько алых капель упали в жидкость, но не растворились, а собрались в шарик. Нет, в шар, потому что он рос на глазах, делился, образовывал все новые и новые формы и, в конце концов, стал напоминать человеческую фигуру.
- Так. Теперь залечим рану и вольем немного силы, - продолжала рассказывать Богиня.
Порез чудесным образом затянулся. Нож исчез, а резервуар окутало сиреневое сияние. Оно было таким ярким, что почти скрывало содержимое емкости.
- Остается только ждать. Время - необходимый компонент эволюции, им пренебрегать никак нельзя. Ну, что ж, подождем несколько дней, а пока я готова выйти на поверхность.
Разумеется, ей никто не возразил.
Ничего чудесного не произошло. На этот раз не было ни магии, ни сияния. Обычный лифт. Да, световой, но технологии знакомые, поэтому казались привычными.
Спасатели пробивались варварскими методами, мы попали спонтанно, когда джамаки активировали запасной выход, который вел к установке, делающей мини систему невидимой. Никто не знал, что есть самый простой вход. Слишком уж хорошо его спрятали те, кто когда-то покидал это место.
Лифт вел прямиком в пирамиду. Только теперь она выглядела несколько иначе. Ее стены стали прозрачными.
- Это банальный преобразователь энергии космоса, - пояснила богиня.
Неприятно чувствовать себя глупой, но оказалось, что почти никто не понял, о чем шла речь. Преобразовывать космическую энергию во что-то полезное, равно, как накапливать ее, улавливать и контролировать никто из ныне живущих не научился.
Богиня умела отдавать четкие распоряжения. Чем больше приказов она озвучивала, тем меньше людей нас сопровождало. Рассеивались, улетали по делам, возвращались снова в лабораторию. Даже Ширану Оюн поручила разбирать какие-то древние скрижали, чему верховный жрец несказанно обрадовался.
- Прошу простить меня за назойливость, но… - начал было говорить он, но Богиня и без слов все видела.
- Ах, да… Соргхи – первые из моих детей. К сожалению, мне уже не спасти их, но я смогу сделать жизнь тех, кто еще существует, значимой и наполненной смыслом.
