Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
Сходишь с нами в горы, посмотришь, что это такое…
— Спасибо, товарищ майор, — радостно воскликнул Бардин. — Разрешите идти?
— Вали.
— Есть!
Рядовой выскочил из блиндажа.
— Видал? — спросил Иванов, кивнув вслед Бардину. — Что коллективное делает с индивидуальным?
— В смысле? — не понял Олег.
— Ведь Бардин наш — совсем не боевик, не то, что уркаганы из моей роты, а вот что с ним дух спецназовский делает! Ему стыдно возвращаться домой не поучаствовав в настоящих боевых операциях! А ведь я его брать в командировку не хотел и выгнал из роты в хозвзвод. А оказалось, что и хозвзвод на войну с нами полетел…
Глеб тоскливо посмотрел на Олега.
— Что, Дима вчера проставлялся? — спросил Нартов.
— Нет.
— А то я звонил с узла связи, так Лунин уже в ауте был…
— Он вчера на моем проставлении тренировался. Сказал, что без тебя проставляться не будет.
— Я ему сигарет привез…
— Что, только ему? — спросил Иванов.
— Конечно, же, нет…
Олег тут же вскрыл один из блоков и передал ротному пачку сигарет. Иванов усмехнулся:
— Во как! Ну, спасибо, лейтенант, спасибо…
— Старший лейтенант!
— Старшим ты станешь тогда, когда проставишся…
— Говорят, к нам ""подсолнухи"" и ""альфа"" прилетают, — сказал Олег.
— Говорят… — отмахнулся Иванов. — Ты лучше расскажи, как там наши девочки?
— Нормально, — Олег пожал плечами. — Я с ними коньяк пил, лимоном закусывал…
— Реально отдохнул! Мне бы так…
— Я еще в бане был…
— Что? Не врешь?
— Честное слово!
— Вот это да! Вот тебе повезло-то! И, поди, спал у женщин в палатке? Да на чистых простынях?
— А то где же?
— Все, дальше я слушать не могу…
— И правильно! — рассмеялся Олег. — Я дальше и рассказывать не буду…
— Короче, — заключил Иванов. — Не зря съездил…
— Не зря… — подтвердил Олег. — Не зря…
Переодевшись, Нартов пошел в штабную палатку. Романов передал ему несколько документов на арабском языке, а так же на русском. Пояснил:
— Рота Юрьева ночью на выезде из Элистанжи реализовала засаду на УАЗик. В машине находилось пять человек, все они погибли. При них было четыре автомата, пулемет и папка с этими документами. Перед тем, как все погибли, один из них дал показания, что наш друг Абу Мовсаев сейчас находится в Шали. Неделю назад им были разжалованы в рядовые два полковника Ичкерийской армии, в тот же день оба этих полковника им же были уличены в связях с ""оккупантами"" и им лично были расстреляны как предатели. Сейчас мы устанавливаем их имена.
