Настоящая Злата – так звали этого эльфа, которого увидела я впервые. Тетушка Эльза сказала об этом, когда объявила о закрытии лавки, где я работала полгода назад. Теперь мне предстоит найти новую работу, но надежда на то, что мое образование поможет найти подходящее место, теплеет в сердце....
Сейчас же мне хотелось только одного – лежать пластом и чтобы никто не трогал. К сожалению, сил объяснить это тормошившему меня эльфу не имелось. Приходилось терпеть и слушать его уговоры.
– Злата, не умирай, прошу тебя, – шептал эльф, и поток целительной силы лился в меня рекой, качая, словно на волнах, лаская кожу, но мое сознание все равно уплывало. – Злата, пожалуйста… – Волны стали сильнее и горячее, они практически обжигали, и эта боль помогала сосредоточиться на собственном теле. – Я ведь только тебя нашел… Злата, прошу, я люблю тебя…
Кажется, Кариэль говорил что-то еще, но я вдруг поняла главное.
– Что ты сказал? – Я распахнула глаза и вцепилась в руку эльфа. – А ну повтори!
– С какого момента? – дотошно уточнил эльф, на лице которого расцветала улыбка.
– Без разницы!
Пожалуйста, путь это тоже будут галлюцинации! Слуховые.
– Я люблю тебя, очень люблю и боюсь потерять. – Эльф стиснул меня в объятиях, едва не задушив, но, услышав мой предсмертный хрип, быстро выпустил.
Но важно не это!
– То есть… ты меня любишь… по-человечески?! – Эта мысль едва не заставила меня вскочить, но сил не хватило.
– Нет, вполне по-эльфийски люблю, – улыбнулся ушастый гад.
– Но ты говоришь по-человечески!
И это означает…
– Ты что, знаешь наш язык?!"
"– Знаю, – с усмешкой подтвердил эльф на отличном всеобщем.
– И что, прям хорошо знаешь?
У меня от волнения даже во рту пересохло. Как вспомню, что я при нем о нем же говорила…
– Да получше, чем некоторые эльфийский.
Иронию ушастый гад скрыть и не попытался.
– И все это время ты морочил мне голову?!
– Это была обычная конспирация, – принялся оправдываться Кариэль, – мне нужно было, чтобы окружающие люди поверили, что я ничего не понимаю, тогда они бы вели себя со мной свободнее.
– Ах ты!..
Я набрала в грудь побольше воздуха. Раз уж он понимает по-нашему, то я ему сейчас все скажу! Простым и понятным человеческим языком!
И чуть не подавилась воздухом, когда Кариэль развернулся ко мне всем телом и поцеловал отчаянно и страстно, прижимая к себе едва ли не до боли.
– Я люблю тебя.
Эту фразу я ни с чем не перепутаю, все же не зря столько любовных романов Анджелы Страйк перечитала.
– Перевести на человеческий? – с улыбкой предложил он.
– Не надо, я поняла.
