Автор
В охламонарии Груня Пепел — неунывающая звезда среди одноклассников. Дождь всегда нравился Груне — она прыгала под дождем, любя брызги на загорелой коже. В мире ее деревни все казалось иначе: каждая лужа была знаком и милым местом в сердце юной Груньки.
— Привет, — спокойно поздоровалась Груня, — Я думала, мы все решили.
— Почти, — произнес Тарас, поднимаясь со стула, — Агриппина, удели мне пару минут, пожалуйста. Надежда Вадимовна, спасибо, что приютили. Мне пора.
— До свидания, Тарас, — махнула рукой старушка, вздыхая и глядя на хмурую внучку, — Грушенька, не волнуйся. Ты беги, а я пока обед согрею.
Груня кивнула и пошла в комнату. Тарас шел следом, хмурясь и сверля рыжий затылок девчонки.
Первым делом, оказавшись в своей комнате, Груня обомлела, остолбенела и пришла в ярость.
— Ты вообще в себе?! — гневно закричала Груня, — Кто тебе дал право находиться у меня в комнате?
— Надежда Вадимовна разрешила переночевать, — оправдался Тарас, пряча руки в карманы, — Не хотел домой ехать в ночь.
— Ты! Ты! — возмущалась Груня, — Как ты вообще посмел?! Это же работа Шахова! И автограф! Ты придурок, Вольных, самый настоящий придурок!
Груня дрожащими руками схватила клочки бумаги, которые раньше были шедевром самого маэстро.
— Ты даже говорить начинаешь, как он! — вспыхнул Тарас, хватая девчонку за плечи, — Что он сделал такого, что ты с ним? Почему не я?
— Отвали! — рявкнула Груня, но осеклась, понимая, что бабушку расстраивать она не хочет, — Выметайся из квартиры!
— Грунечка, девочка моя… — тихо проговорил парень.
— Я не твоя девочка! — резко перебила Груня Тараса, — Я его девочка!
Пепел швырнула в Тараса обрывками фотографии, подошла ближе и толкнула в широкую грудь руками. Потом еще и еще. Тарас поддался, пятясь назад, вышел из комнаты. А потом, обувшись, и из квартиры. А Груня выскочила из подъезда следом за парнем.
— Больше никогда! Ты слышишь? Больше никогда не подходи ко мне! Понял? — уже громче кричала Груня, сверля Тараса взглядом, сверкающим гневом и слезами.
— Да ты глупая совсем! — не унимался парень, выходя из подъезда на улицу, — Тебе с ним счастья не будет! А мы поженимся, как и планировали.
— Мы планировали? — вскрикнула Груня, опешив и придя в еще большую ярость, хотя куда уж больше, — Мы даже не встречались! Мы просто жили по соседству. Играли в одной песочнице.
— Это абсолютно не важно, — твердо говорил Тарас, — Ты будешь обеспечена. Бабушка твоя тоже.
