Автор
В охламонарии Груня Пепел — неунывающая звезда среди одноклассников. Дождь всегда нравился Груне — она прыгала под дождем, любя брызги на загорелой коже. В мире ее деревни все казалось иначе: каждая лужа была знаком и милым местом в сердце юной Груньки.
— И потом, у вас, наверное, и без меня есть с кем пойти, — уже тверже говорила Груня, — И вы совершенно не обязаны извиняться за утренний случай. И цветы… Тоже не нужно было тогда…. Еще и в таком количестве…
— Почему? — Васька все еще не смотрел на девчонку, только выбросил сигарету в лужу через окно.
Груня проследила взглядом за окурком, утонувшим в луже. Замечание уже готово было слететь с ее губ, но Василий опередил ее. Вышел из машины, хлопнув дверцей. Хмуро посмотрел на пигалицу сверху вниз.
— Потому что я невоспитанный хам и засранец? — припомнил Василий, сквозь прищур глаз, изучая лицо пигалицы, — Думаешь, не гожусь для выставки этих твоих любителей прекрасного? Думаешь, прямо с порога начну бить всем морды и плеваться матом?
— Вообще-то я такого не говорила! — упрямо поджала губы Груня, расправив плечи и бесстрашно глядя на собеседника, — Я сказала, что вы легко найдете спутницу.
— Сдались мне твои билеты! — уже громче и более грозно отвечал Василий, — Не нравятся — выбрось!
— Вот и выброшу! — пригрозила девушка, прищурившись, и протягивая парню конверт с пригласительными внутри, — Заберите немедленно!
— Не возьмешь? — прищурился Васька, чуть склонив голову ближе к смешной шапке пигалицы.
— Нет! — затрясла головой Груня.
Баська схватил конверт и одним движением смял его в кулаке.
— Вы что творите?! — вскрикнула Груня, — С ума сошли!
Девчонка обеими ручками схватилась за кулак Барычинского и принялась разжимать пальцы, извлекая смятые клочки бумаги.
— Варвар невоспитанный! — бормотала Груня, высвобождая разноцветные кусочки плотной бумаги из цепкого захвата, — Да разожмите уже, наконец, пальцы!
Васька стоял, словно в ступоре.
— Садись, — тихо скомандовал Барин, — Домой отвезу.
— Глупости, я живу в паре кварталов от ресторана, — отмахнулась девушка, радуясь, что билеты практически не пострадали.
— Лучше сядь в машину! — пригрозил Василий и, не дожидаясь ответа, сел за руль. А когда девчонка, к его удивлению, без возражений заняла соседнее переднее сиденье, добавил, — Начало в пять. Заеду в четыре. И не переживай, без причины в драку не полезу.
Дорога до дома, в котором жила Груня, заняла всего несколько минут. Пигалица вертела в ладошках билеты, разглаживая их и расправляя.
