Поляна ожилла и зазвучала с появлением Скалса — нового порядка в безликой реальности. Краски разлетаются по каждому листку, каждому шару насекомых, каждый камешек на траве. Атмосфера стремится к нереалистичной гармонии и балансу.
Полетели…
Глава 20
Тяжесть провала, тяжесть победы
База Скалса. Душевнопен.
Душевнопен чувствовал себя дурно — в голове кружилось, во рту пересохло и вообще все вокруг казалось зыбким и размытым, словно реальность стала менее реальной.
Можно было подумать, что он попал в Дубль, однако навык школы Отражений работал не совсем так…
— Откуда он взялся? Почему не сдох⁈ Как такое могло получиться? И почему дубликаторы не справились? — снова и снова вопрошал Душевнопен, расхаживая по кабинету.
Чудовищный разгром до сих пор казался нелепой ошибкой.
Началось все с того, что Душевнопен через передатчик дальней связи увидел, как откуда ни возьмись появился Разрушитель и начал крошить войска Сувры и бандитов. Причем различий между ними не делал, а просто летел туда, где было больше народа.
Надо сказать, адепты побежали не сразу. Уверенность, что одиночка — ничто перед многомиллионной армией, держалась несколько минут.
Но… Разрушитель их проигнорировал. Не скрылся, не сбежал, а пролетел насквозь! При этом часть импульса была уничтожена невидимым полем на подлете, а часть Разрушитель принял на себя без всяких последствий.
Даже не сбавив скорость!
Это Душевнопен видел собственными глазами.
И адепты побежали.
Душевнопен отказывался это понимать. Да, теоретически он знал, что Разрушитель силен и как-то выбрался из схватки со школой Отражений, но тот бой никто до конца не видел. Победу Разрушителя можно было списать на какую-нибудь хитрость, или особые обстоятельства.
А тут миллионы адептов лично наблюдали чистую СИЛУ. Некоторые даже почувствовали ее на своей шкуре."
"Разумеется, имелись и удаленные наблюдатели, которые разнесут новости о сражении — и не только новости, но и записи! — по всему Кластеру, и Разрушитель из просто непонятно-сильного адепта превратится в Легенду. Собственно, раньше Душевнопен был не против присутствия наблюдателей.
