– Ему уже нельзя было помочь, – сказала она Зинаиде Яковлевне."
"Поцеловала старушку в пергаментную щеку и ушла.
Сотников прилюдно пообещал убить свою жену. Можно было дать ход уголовному делу, но Ника ограничилась тем, что наняла охрану и первые полгода нигде не появлялась одна. Даже сидящего в тюрьме, Егора не стоило недооценивать.
Через некоторое время Ника закрыла фабрику. «Мебель-строй» перестала существовать. Но не прошло и пары месяцев, как появилась новая фирма, оформленная на ее имя. Она сняла уже оборудованный цех в Подмосковье, перевезла туда почти всех сотрудников. Рабочие, мастера, сборщики, поставщики, клиенты, – все переметнулись к Нике. Любой, кто зашел бы в ее новый цех, сказал бы, что это то же самое предприятие. Однако по документам подкопаться было невозможно.
Даже если бы Егор подал в суд, ему бы ничего не досталось.
Вероника Овчинникова стала единоличной собственницей всего, чем когда-то владел ее муж.
Глава 6
В первые же сутки Даша так легко освоилась в доме, словно родилась здесь. Ника одобрительно замечала, что девушка постоянно чем-то занята: или помогает с уборкой Зафире, или готовит, или возится в саду, расчищая старые заросли. Как Ника и ожидала, Даша оказалась сноровиста и расторопна.
Фирма прислала двух охранников. Один – мордоворот с поросячьим румянцем. Второй – жилистый, ушлый, с хитрецой в глазах. Он сразу обшарил масленым взглядом ее фигуру сверху донизу. Она едва не выставила наглеца сразу же, но ушлый, почувствовав, что не приглянулся, немедленно сдал назад, голову наклонил покаянно, словно бы даже присел, будто шавка, признающая главенство волчицы. Ника хмуро посмотрела на него, но не стала требовать у охранной фирмы замену. Пусть отдежурят смену, а там видно будет.
Все дела она сгрузила на Юлю, помощницу. За прошедшие четыре года Юля выросла во всех смыслах, даже вверх вытянулась, словно пытаясь догнать свою начальницу в росте. Ника ей абсолютно доверяла. Как и остальным, кто прошел с ней весь этот путь, от грязного цеха на троих сборщиков до мебельного производства на триста восемьдесят человек.
– У меня трехдневный отпуск! – объявила Ника Даше. – Что будем делать?
Она ожидала, что девушка потащит ее по магазинам. Нагребет на ее деньги дорогого шмотья. Возмущения у Ники это не вызывало. Она достаточно видела детей из нищих семей, чтобы понимать их логику: хватай все что дают, потом разберешься.
Но Даша в очередной раз удивила ее. В первый день попросилась в Архангельское. Они долго бродили по парку, осматривали дворец, фотографировались с мраморными улыбающимися львами.
Утром второго дня Даша заговорила о прогулке на теплоходе. Ника выполнила и это.
От третьего дня она ожидала более практичного подхода.