В свете камина в особняке графини Воронцовой, где тянулась долгая вечерняя игра в бридж, лакей сообщил о важном послании из посольства. Блондин Сегье, увлекшийся игрой и уже готовый пересесть на вторую сторону стола, схватил конверт и вскрыл его на миге удивления. Атмосфера в доме была напряженной - неясный тревогой в воздухе, словно скрепляя тайны битвы железных канцлеров, которые вот-вот развернутся по всему миру....
Отвечайте же быстро, без промедления… Первое: английский посол Вильямс?
– Черная лисица, – ответил Дуглас, не подымая глаз.
– Значение англичан в Санкт-Петербурге растет?
– Лисица подорожала.
– Тридцать тысяч русских солдат в Ливонии?
– Пятнадцать шкурок я уже выслал.
– Но русская партия Шувалова влияет на императрицу…
– Горностай в большой моде, – отвечал Дуглас без запинки. – В случае же усиления в Петербурге влияния графа Эстергази, посла Австрии, я ссылаюсь на дешевые волчьи шкуры.
– Справедливо, сударь! Но соболь вдруг в цене упал…
– Это значит, что канцлер Бестужев пошатнулся.
– Хорошо. – Терсье одарил его бледной улыбкой. – Особое же ваше внимание – взгляд на Турцию через окна петербургских дворцов. Поняли? Король Франции ныне обеспокоен постройкою русскими крепостей на границах султана… Если же вас постигнет неудача, пишите в Париж через Стокгольм всего три слова: «Муфта уже куплена». Помните: если попадетесь в лапы русской инквизиция, мы отказываемся от вас; Франция и король вас не знают.
Инструкция была написана столь бисерным почерком, что умещалась на дне черепаховой табакерки: в переговоры не вступать, но держать глаза и уши раскрытыми; особое внимание обратить на двух человек при дворе – Ивана Шувалова и вице-канцлера Михаила Воронцова, – эти люди желают союза с Францией! Дуглас, под видом скучающего геолога-дилетанта и библиомана, отправился в опасное путешествие.
А тем временем тайком от министерства, под наблюдением того же Терсье, ловко работали три подмастерья – портной, сапожник и переплетчик. Первый вшивал в дамский корсет текст полномочий за подписью короля; второй заколотил в каблук женской туфельки ключ к шифрованной переписке; третий переплел в кожу томик Монтескье «О духе законов», в котором только один де Еон мог отыскать тайники для хранения переписки между Елизаветой и Людовиком (если эта переписка возникнет).
Вслед за Дугласом, неторопливо нагоняя его, отправился в дорогу и де Еон. Впрочем, правильнее писать: отправиЛАСЬ, ибо де Еон ехал в Россию под видом женщины. Роскошные туалеты, в которых защеголял наш адвокат, были справлены под наблюдением принца Конти, знавшего, как надо женщине одеваться, чтобы она нравилась мужчинам!
* * *Дуглас петлял по Европе, словно заяц, заметая свои следы.
