– Вы уже высказали ему свое предложение к тому времени?
– И он сделал вам свое?
– Сколько времени длился разговор?
– Не более пяти минут.
– Мистер Фолкнер виделся с женой, я имею в виду, с бывшей?
– При этом разговоре – нет.
– А при каком-либо другом разговоре?
– Насколько я помню, да. Встреча была случайной. Мистер Фолкнер заезжал ко мне около одиннадцати часов утра и встретился со своей женой, я имею в виду бывшей, на крыльце.
– Они разговаривали?
– Могу я спросить, о чем?
– Уверен, мистер Мейсон, тема разговора касалась только Дженевив и ее мужа.
– Могу я задать Дженевив несколько вопросов?
– Для человека, чья заинтересованность в наследстве Фолкнера весьма туманна, вы хотите слишком многого. Простите меня великодушно.
– Я хочу встретиться с Дженевив Фолкнер.
– Вы случайно не представляете человека, обвиненного в убийстве мистера Фолкнера?
– Насколько я знаю, обвинения не были предъявлены никому.
– Но вы можете предполагать, кому именно такие обвинения могут быть предъявлены?
– И этот человек может стать или уже сейчас является вашим клиентом?
– Мне может показаться соблазнительным представлять человека, обвиненного в убийстве мистера Фолкнера, – с улыбкой заявил Мейсон.
– Мне бы этого не хотелось.
Мейсон многозначительно промолчал.
– Адвокат, намеревающийся предъявить незначительный иск на наследство Харрингтона Фолкнера, может рассчитывать на большую откровенность, чем адвокат, собирающийся представлять человека, обвиняемого в убийстве Харрингтона Фолкнера.
– Предположим, обвинения несправедливы.
– Это может решить только суд присяжных, – самоуверенно провозгласил Диксон.
– Предлагаю предоставить суду такую возможность, – с улыбкой произнес Мейсон. – А я хотел бы видеть Дженевив Фолкнер.
– Боюсь, это невозможно.
– Как я понимаю, она не имеет прав на наследство?
Диксон резко опустил взгляд.
– Почему вы спросили об этом?
– Насколько мне известно, не имеет, если в завещании не предусматривается обратное, что почти невозможно. Дженевив Фолкнер не имеет права на долю в наследстве Харрингтона Фолкнера. Другими словами, у нее не было причин убивать его.
– Я спрашивал совсем не об этом, – усмехнулся Мейсон.
– А я дал вам такой ответ, – улыбнулся Диксон.
Раздался легкий стук в дверь, и мгновение спустя дверь открылась. В комнату, не дожидаясь ответа, с уверенностью хозяйки вошла женщина.
– Сегодня я не буду ничего диктовать, мисс Смит, – сказал он.
Мейсон повернулся и посмотрел на вошедшую женщину.
