– Послушайте, Салли, ваш рассказ не кажется мне правдоподобным. Факты свидетельствуют об обратном. Я говорю с вами не только ради вашего блага, но и для того, чтобы помочь Тому. Если вы не будете точно следовать моим инструкциям, Том попадет в беду. Его продержат в тюрьме несколько месяцев. Возможно, обвинят в убийстве и могут осудить. Но даже эти несколько месяцев в тюрьме нанесут его здоровью непоправимый вред.
– Теперь вам остается только одно – рассказать мне правду, – тихо произнес Мейсон.
Салли все так же спокойно смотрела на него.
– Я сказала вам правду, мистер Мейсон.
Секунд тридцать Мейсон сидел молча, барабанил пальцами по столу. На лице его застыло выражение абсолютной сосредоточенности. Девушка по другую сторону сетчатого экрана не сводила с него глаз.
Потом Мейсон резко встал.
– Оставайтесь здесь, – сказал Мейсон и перехватил взгляд надзирательницы. – Я скоро вернусь, мне нужно сделать только один звонок.
Мейсон прошел к телефону в углу комнаты для свиданий и набрал номер агентства Пола Дрейка. Через несколько секунд детектив снял трубку.
– Пол, говорит Перри Мейсон. Есть новости о Стонтоне?
– Где ты сейчас, Перри?
– В тюрьме, в комнате для свиданий.
– Новости есть. Несколько минут назад я звонил Делле Стрит. Она не знала, как связаться с тобой. Полиция взяла показания у Стонтона и отпустила его. Он никому не говорит, какие именно показания дал, но один из моих людей сумел связаться с ним, задать твой вопрос и получить ответ.
– В среду вечером, после того как Фолкнер привез рыбок, Стонтон звонил в зоомагазин по поводу лекарства. Он говорит, что лекарство было доставлено довольно поздно.
– Нет. Он говорит, что довольно поздно. Точного времени, правда, не помнит.
Мейсон облегченно вздохнул.
– Хорошая новость, Пол, – сказал он. – Никуда не уходи.
Адвокат повесил трубку.
Когда Мейсон вернулся за стол, глаза его сверкали.
– А теперь, Салли, поговорим начистоту.
Девушка смотрела на него невинными глазами.
– Но, мистер Мейсон, я сказала вам чистую правду.
– Вспомните среду, Салли, когда мы впервые встретились в ресторане, за вашим столиком.
– Тогда вы наконец договорились с Харрингтоном Фолкнером. Ваша позиция была достаточно сильна, чтобы заставить Фолкнера раскошелиться на ваших условиях. Он знал, что рыбки умирают, и был согласен заплатить практически любую цену, лишь бы спасти их. К тому же он знал, что разработанное Томом лекарство от болезни жабр имеет свою цену, и оно интересовало его как бизнесмена.
