Он знает только, что это была женщина ростом примерно пять футов и три дюйма, может, три с половиной, весом около ста двадцати или ста двадцати пяти фунтов.
— Вы слышали голос обвиняемой, Миртл Ингрэм-Фарго? — спросил Гамильтон Бергер.
— Да, сэр.
— Вам не показалось, что голос миссис Фарго, обвиняемой по этому делу, чем-то отличается от голоса женщины, которую вы доставили на автобусный вокзал в Бейкерсфилде?
— Нет, сэр.
— Вы не заметили никаких различий?
— Нет, сэр.
— Вы можете проводить перекрестный допрос, — сказал Бергер Мейсону.
— Вам не показалось, что их голоса несхожи?
— Нет, сэр.
— Можете перечислить, чем они похожи?
— Ну, их голоса звучат примерно одинаково.
— Но по голосу вы не можете опознать обвиняемую как женщину, которую вы везли на автобусный вокзал?
— С абсолютной уверенностью не могу.
— По голосу вы вообще не можете ее опознать?
— Ну… как я уже сказал, я не заметил никаких конкретных различий между их голосами. Я не могу об этом говорить под присягой.
— Другими словами, вы тоже имели беседу с Гамильтоном Бергером, не так ли? — спросил Мейсон.
— Я рассказал ему все, что знаю.
— И он спросил вас, можете ли вы опознать обвиняемую по голосу? А вы ответили, что не сможете, не так ли?
— Да, все так.
— И тогда он вам сказал: «Я собираюсь вызвать вас в качестве свидетеля и спросить, есть ли какие-то особые различия в голосах женщин, а вы должны ответить, что не заметили никаких различий». Так было дело?
— Я… я точно не помню.
— Но именно Гамильтон Бергер посоветовал вам сказать, что вы не заметили никаких различий?
— Да.
— У меня все, — объявил Мейсон.
— У меня тоже все, — сказал Гамильтон Бергер. — Моя следующая свидетельница — миссис Ньютон Мейнард, и я надеюсь, мистер Мейсон, что, проводя перекрестный допрос, вы будете допрашивать и ее также подробно.
— Прекратите! — вмешался судья. — Я не допущу никаких подобных комментариев ни от одной из сторон.
Мейсон только улыбнулся, глядя на перекошенное злобой лицо Гамильтона Бергера.
Когда миссис Мейнард прошла вперед, все обратили внимание на то, что она получила какую-то травму. Ее правый глаз был туго забинтован. Она подняла правую руку, приняла присягу, потом поудобнее устроилась в месте для дачи свидетельских показаний.
Гамильтон Бергер задал ей несколько предварительных вопросов, потом осведомился:
— Где вы находились двадцать второго сентября этого года?
— Утром я находилась в Лос-Анджелесе, а вечером уже в Сакраменто. Была в двух местах в тот день.
— Как вы попали из Лос-Анджелеса в Сакраменто, миссис Мейнард?
— Автобусом «Пасифик Грейхаунд».
— Вы можете сказать, в каком часу вы выехали из Лос-Анджелеса?
— Да, сэр. Я выехала из Лос-Анджелеса в восемь сорок пять.