Потом какие-то пассажиры сошли во Фресно, а когда мы все снова садились в автобус во Фресно, мне удалось занять место рядом с ней. И тогда мы и начали с ней разговаривать. Признаюсь, мне хотелось о ней побольше разузнать. Мне было любопытно, почему она надевала густую вуаль.
— Вы спрашивали ее об этом? — уточнил Гамильтон Бергер.
— Ей представился подходящий случай. То есть я стала задавать ей наводящие вопросы, а она мне заявила, глядя прямо в глаза, что едет в этом автобусе от самого Лос-Анджелеса. Тут я подумала: «Ах, ты маленькая врунья. Ты…»
— Неважно, что вы подумали, — перебил Бергер, в голосе которого слышались торжество и удовлетворение. — Рассказывайте только то, что она вам говорила.
— Я это и делаю. Я спросила ее что-то про то, куда она едет. Мне хотелось выяснить, почему же так получилось, что она была в густой вуали, так торопилась на автобусный вокзал и…
— Не нужно общих слов. Говорите конкретно. Перескажите разговор, как вы его помните, — опять перебил свидетельницу Гамильтон Бергер.
— Ну, насколько я помню, я сказала, чтобы она не думала, будто я лезу в ее личные дела, но я очень любопытна по натуре. Она меня перебила и ответила, что она совсем не против поболтать, она рада, что теперь ей есть с кем поговорить, а то до этого она сидела рядом с мужчиной, который ехал из Лос-Анджелеса и был под градусом. Я тогда спросила, сильно он был пьян или слегка, она ответила, что вроде не так и сильно, но спиртным от него разило, и дыхание было несвежее, и ей чуть не стало дурно от такого соседства.
— Что-то еще?
— Да, сэр. Я решила ее проверить и спросила: «А где он сейчас? Я не вижу ни одного пьяного». Она стала оглядываться, будто его ищет, а потом заявила: «Он, вероятно, сошел в Бейкерсфилде». Сошел в Бейкерсфилде! — фыркнула миссис Мейнард. — Да его вообще в автобусе не было. Уж я-то знаю. Я ехала в автобусе от самого Лос-Анджелеса, и не было никаких пьяных. И ее самой не было.
— Вы в этом уверены?
— Уверена.
— Что еще произошло во время пути?
— Мы сидели с ней рядом на всем пути от Фресно до Стоктона, а там она вышла из автобуса, и вошли двое мужчин. Один из них попытался заставить меня поклясться, что эта женщина ехала в автобусе от Лос-Анджелеса. Я сразу поняла, что тут дело нечисто и…
— Оставьте ваши выводы при себе, — перебил Гамильтон Бергер. — И мы не спрашиваем вас о разговорах, которые имели место в отсутствие обвиняемой. О тех мужчинах мы сейчас тоже не говорим. Мы можем спросить вас о них позднее, а сейчас я хочу знать, сколько времени вы сидели рядом с обвиняемой в автобусе?
— На всем пути до Стоктона.