— А что вы делали с этими очками?
— Я заменил старые линзы на новые и отправил очки с посыльным на адрес миссис Мейнард в Лос-Анджелесе утром двадцать третьего сентября.
— У меня, пожалуй, все, — объявил Мейсон.
— И у меня тоже, — широко улыбаясь, сказал окружной прокурор. — Вопросов нет.
— У вас есть еще свидетели? — спросил судья Кейт у Мейсона.
Адвокат покачал головой.
— При сложившихся обстоятельствах, Ваша честь, мы, вероятно, не будем приглашать других свидетелей защиты. Мы не возражаем против продления ареста обвиняемой, если Суд издаст такой приказ. Однако поскольку приближается время обычного окончания судебных заседаний, я бы предпочел, чтобы обсуждение дела было отложено до завтра и я имел возможность обдумать ряд аспектов.
Окружной прокурор тут же вскочил на ноги.
— Мы против того, чтобы слушание этого дела затягивалось еще на один день…
— Возможно, завтра я предложу обвиняемой дать показания, — перебил Мейсон.
Гамильтон Бергер откашлялся.
— Если так, то я снимаю свои возражения. Сторона обвинения не возражает против перерыва в слушании дела до завтрашнего утра.
— Прекрасно. Значит, продолжим завтра в десять утра. Объявляю заседание законченным на сегодня, — сказал судья Кейт.
Глава 19
Перри Мейсон, Пол Дрейк и Делла Стрит сидели в кабинете Мейсона.
— Ну и что мы будем теперь делать? — спросил Дрейк.
Мейсон принялся мерить шагами кабинет.
— Что-то тут не так, Пол, — произнес Мейсон. — Похоже, мы подошли к делу не с того конца. То есть движемся не вперед, а в обратном направлении.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я исхожу из того, что говорит клиентка, а клиентка лжет, вероятно, пытаясь защитить сына.
— Она врет насчет алиби, — вставила Делла Стрит. — Это совершенно точно, но мы не знаем, врет ли она насчет…
— Она врет насчет отправки мне денег, — перебил Мейсон.
— Признание в том, что она отправила тебе деньги, совершенно точно ее не скомпрометирует, — заметил Дрейк. — Она сейчас прекрасно понимает, что ей нужны твои услуги. С ее точки зрения аванс, который она тебе заплатила, может идти ей только на пользу.
Мейсон нетерпеливо покачал головой и сказал:
— Вот в этом-то и проблема, Пол. Мы пытаемся найти причины до того, как получили факты. Давай вначале попробуем собрать факты, а потом узнаем причины.
— И что из себя представляют факты?"
"— Факты соединились в какое-то невероятное лоскутное одеяло, и нам нужно хорошо осмотреть и проанализировать эти разрозненные кусочки, сплетенные в единое целое, чтобы выяснить, откуда появился каждый кусочек материала, из которых сшили одеяло. Не забывай, что каждый кусочек материала представляет человеческие эмоции, человеческие жизни, ненависть людей друг к другу, людские страхи.