Автор
В Перстень Парацельса нет простых решений: несущий его молчит, как книга читанная и прочитанная, но продолжая хранить свои тайны. Этот перстень делает обманчивым даже самому очевидному — умоляющий о встрече, гость ожидаемый и не желанный, с атмосферой измеренного разума и желающим уловить больше....
— Рассказал, что здесь расположен центр Великой Силы Космоса и Звёзд? — Он вновь прикоснулся к ближайшей берёзе, но на этот раз вместо улыбки на его лице появилось выражение лёгкого презрения. — Назвал вас избранными?
— А что? — попытался храбриться Громов.
— А то, дорогой Виктор, что энергии, накопленной этими дровами, не хватит даже на то, чтобы чайник вскипятить… — Петровский осёкся. — Нет, лгу, на чайник должно хватить. Но собрать эту энергию сможет лишь Белая Дама.
— Кто?
— Вы о них не знаете, — небрежно отмахнулся москвич.
— В смысле?
— В прямом смысле, — отрезал Петровский. — Источник бесперебойного питания большей мощности. Именно поэтому Бранделиус устроил свои пляски не здесь, а в доме: он просто купил нужное количество энергии и…
Породистый замолчал, внимательно глядя на чела. Громов, ошарашенный напором собеседника, его уверенностью, а главное — точным знанием реалий, тоже помалкивал. Не находил слов для продолжения.
Пауза продлилась секунд пятнадцать и была разрушена пролетевшей между мужчинами мухой. Большой, чёрной, громко жужжащей осенней мухой.
— Продолжайте, — сглотнув, попросил Виктор.
— Расскажите, что было дальше, — предложил Петровский.
— То есть вы не знаете?
— Знал бы, не пришёл, — спокойно отозвался москвич.
— Кто вы? — задал сакраментальный вопрос Громов. — Кто?
— Считайте меня детективом, — твёрдо ответил Петровский, глядя Виктору в глаза. — Я занимаюсь преступлениями в среде магов…
— Вы серьёзно?
Ответа не последовало.
— У меня имеются веские основания считать, что Бранделиус проводит в Уфе очень опасный эксперимент, — продолжил гнуть свою линию детектив. — Бранделиус подвергает людей сильнейшему магическому воздействию, чтобы…
— Разбудить нашу силу!
Петровский чуть приподнял брови, явно ожидая продолжения, понял, что за эмоциональным восклицанием ничего не последует, и качнул головой:
— Что бы ни делал с вами Бранделиус — это эксперимент с непредсказуемыми последствиями.
— Стать стукачом?
— Помочь себе и другим людям, невольно втянутым в эксперимент.
Виктор не знал, что делать. С одной стороны, он верил Петровскому и его истории: злость на Бранделиуса заставляла. Громову не нравилось то, что происходит с ними, и он чувствовал, что отдаляется от Даши, теряет её.
