Малыш не находил себе места, метался по дому в Бристоле, ненавидя все, что окружало его. Только к утру, когда юрист его фирмы позвонил и сообщил, что передал документы на оформление визы, Егор немного пришел в себя, в душе сожалея, что Англия – это не бесшабашная Россия и за деньги здесь ничего невозможно ускорить. Когда же паспорт с визой оказался на руках, Малыш сломя голову рванул в аэропорт, уже в Москве кое-как дождался своего рейса. Потом почти часовая тряска в такси… И вот, наконец, он увидел ее, свою девочку, прикоснулся к ней, к ее изломанному телу, закованному в корсет, к лицу со следами синяков. Как посмели мужики замахнуться на это, да и мужики ли они?
Малыш сам убрал с кровати черный шелк покрывала, сел перед женой на постель и тихо, но твердо и безапелляционно сказал:
– Все, хватит! Я не могу этого видеть! Завтра же, слышишь – завтра прямо с утра начинаем оформлять бумаги на выезд! И не смей возражать мне, я сам все сделаю, я не оставлю тебя здесь, заберу с собой, даже если мне придется везти тебя связанной и упакованной в чемодан! Посмотри, во что ты превратилась?! Ты молодая девочка еще, а выглядишь, как попавшая под пресс кошка!
– Егор…
– Так, молчи, я сказал! – отрезал он таким тоном, что Марина сочла за благо рот закрыть и молча хлопать глазами. – Я не заставляю тебя переезжать ко мне, я и сам уже не могу там, но пока не время, не улеглось еще все вокруг гибели Строгача, поэтому нельзя мне сюда, и тебе тоже нужно отсидеться в безопасном месте. Ты пойми – раз вышел скандал, они все сделают, чтобы сухими из воды выйти, а это возможно только при условии, что ты прекратишь мозолить им глаза. Но ведь твои ментовские приятели прекрасно знают, что коль скоро Коваль заварила кашу, то добровольно не остановится. – Он взял ее за руки и пристально посмотрел в глаза. – Следовательно, тебя нужно – что? Верно, убрать, красавица моя! И у них хватит сил и возможностей сделать это, уж поверь мне. Ты можешь разбиться на машине, а что – гоняешь ты лихо, да и водитель у тебя тот еще специалист, ты можешь банально погибнуть в перестрелке – тоже просто организовать, на посту ГАИ, например, или еще где. Поэтому давай не доводить до греха доблестную российскую милицию, ты спокойно собираешь вещи и едешь со мной, а твои мальчики делают большие глаза и разводят руками – влюбилась, мол, наша Коваль и уехала, не оставив адреса. Пройдет время, все успокоится, и ты вернешься.
– Здорово расписал, просто как Репин! – Марина легла на постель и потянула на себя одеяло, вдруг застеснявшись изуродованного корсетом тела. – Долго думал?
– Как только Хохол позвонил и рассказал, так сразу и начал. Пойми – нет у меня никого дороже и ближе тебя, я не могу сидеть и смотреть, как ты себя губишь, – раздеваясь, ответил Егор.