В забытой провинции жестокое правление деспотического отца неумолимо теснит влечение матери-вельвы к детям. Величайшие бедствия подстерегают семью на фоне скрытых магических потрясений и подозрительных посетителей, когда все начинает знать о том, что родители не из тех, кто живёт по обычным законам....
Император выбрал место в центре ""зала"", не слишком близко к трибуне, но и не настолько далеко, чтобы все решили, что он не собирается принимать участия в происходящем. Элмер устроился по правую руку от родителя, вокруг королевской четы уселись их охранники — во всяком случае, вся эта дружная братия очень походила на слаженную команду охраны.
Но, если честно, в сторону королевской семейки и смотреть-то не хотелось. Взгляд Элмера на себе поймала, но эмоции на его лице считать не могла. Он напоминал робота, отлично прятал любые свои чувства и мысли.
К черту Элмера.
Куда спокойнее было смотреть на родителей. Папа выглядел взволнованным и несколько растерянным. Понятно, что он не знает, чем все это кончится. Может, и пытался поначалу храбриться, но чем дольше мы смотрели друг на друга, тем больше он старался отвести взгляд в сторону и вниз. И вот уже мама крепче обнимает его руку, сжимает свои пальцы на его предплечье и потом мягко похлопывает.
"Улыбнулась ей, давая понять, чтобы хоть она не нервничала.
А она, кажется, и не нервничала больше. Увидела меня и вроде как успокоилась. Будто верила, что я справлюсь. Или таким образом старалась меня поддержать, приободрить.
И у нее получилось.
За спиной словно крылья выросли. Лопатки свела вместе, плечи расправились.
Сдюжим.
А вот бритвой я все-таки воспользуюсь. Только осторожно.
Последним из всей процессии, шел ректор академии.
Вот он сразу мне не понравился.
Ректор Долион прошел мимо всех сидящих и поднялся на трибуны, чтобы занять одно из кресел. Забавно. Для себя этот старый пройдоха выбрал неплохую такую сидушку. Императору, вот, трона не досталось, правитель сидел на таком же раскладном деревянном стуле, как и все остальные. В то время как ректор устроился на роскошном массивном кресле с резными подлокотниками и, уверена, очень мягкой спинкой.
Долион сидел и смотрел на всех собравшихся… получается, что свысока. Я как бы тоже, но я-то в кандалах, так-то. Так что не считается.
А вот ректор… Прям божок местного разлива.
Собиралась фыркнуть, вот только звук застрял где-то на полпути.
Какое-то нехорошее предчувствие у меня.
Прям очень нехорошее. Сердце аж закололо, а все внутренности начало крутить.
Что-то неправильное в том, что я вижу.
