В забытой провинции жестокое правление деспотического отца неумолимо теснит влечение матери-вельвы к детям. Величайшие бедствия подстерегают семью на фоне скрытых магических потрясений и подозрительных посетителей, когда все начинает знать о том, что родители не из тех, кто живёт по обычным законам....
Теперь, вон, преподаватели идеи подкидывают. Так что я точно училась. Возможно всю свою жизнь. И не перестаю это делать.
— И благодаря ей — я тоже, — добавил Элмер, обозначая то, что теперь тоже кое-что умеет делать лучше классических боевых магов. — Stöd.
Блондин произнес заклинание, которым я точно с ним не делилась. И призвал прозрачную платформу опору, но которую с легкостью запрыгнул.
— С каких пор бабские ступеньки делают тебя королем тренировочного зала? — с вызовом бросил Годрик. Но мне на него как-то плевать.
— Я немного понял принцип, — пожал плечами принц, видя мое недоумение. — У нас с Герой возникла теория. Которой мы готовы поделиться. Если вы готовы выслушать и молчать об этом.
Глава 35
Что такое хорошо и что такое плохо? Учить магов — хорошо? Однозначно плохо!
Раньше меня сводил с ума один только Элмер.
Теперь я мисс ""Самая популярная девушка академии"".
Мои покои превратились в проходной двор. Со стороны ничего подозрительного не случилось, просто одногруппники любт проводить время вместе, много учатся, много тренеруются, отдыхают вместе.
Раньше у меня тусил только Элмер.
Теперь у нас была одна огромная общая гостинная, ведь маги окончательно закрепили растворитель стены между нашими комнатами, чтобы получить одну просторную комнату для всех.
Маги дикие любители почесать языками!
Утром я, как и все, ходила на занятия. После обеда мы все сообирались.
Зашибись прям.
Я и лектор, я и конь. Я и ведьма, вот ""огонь"".
Учись. Учи. Тренируй. Принимай гостей.
Ведь кому-то непременно нужно после тренировок еще и проговорить все по сто пятьдесят тысяч раз.
Кати ночевала в моей постели уже дня три, например. Сейнс, который как и Элмер поначалу, не испытывал ко мне доверия, бдил на коврике под дверью.
Преподаватели хвалили нашу группу. И за сплоченность коллектива. И за успеваимость, которая заметно подросла. При этом никто из них не подозревал, что эта сплоченность — лишь сопровождение особо опасной преступницы, а учеба — дело рук нескольких умников ради общего блага.
А я?..
Я чувствовала себя максимально неуютно.
