Автор
Рамиль нарушает скоростной режим и боится разговоров отца о правиле дорожного движения. Его сердце колотится так сильно, что кажется, готов выпрыгнуть из машины. Кровь кипит в ушах при мысли о последствиях, когда он наконец-то выедет на проселочную дорогу, где его ждет запрещенный парковка "горшка"....
– Человеку, который сотни раз выдергивал его за уши из таких передряг, из которых только калеками или мертвыми выходят, он дал визитку, как какому-то работяге или наемнику? Хороший друг, ничего не скажешь.
В ответ я лишь повел плечом. Комментировать мне тут было нечего. В общем-то, я только с маминых слов и догнал, наконец, смысл скепсиса в глазах Николаевича, когда он, приняв визитку, дернул бровью и нехотя убрал ее в карман.
Только сейчас мне стало ясно, насколько, эта визитка, должно быть, была для него оскорбительна.
После ужина, во время которого ела только Кеша и то только варенье и хлеб, все лениво разбрелись по квартире. Мама в гостиной сидела перед выключенным телевизором и молча смотрела в пустоту, теребя край вязаной кофты.
Кеша предпочла остаться в кухне, прихватив с собой планшет, в котором щелкала логические задачки, а вместе с ними и орехи из вазы на обеденном столе.
Я, поставив телефон на зарядку, принял душ, вкинулся в домашнюю одежду и завалился на кровать, чтобы впервые за три дня включить мобилку и проверить список входящих звонков и смс.
Больше сотни звонков от мамы – и это абсолютный рекорд среди всех звонивших мне. Семь звонков от бати и все семь были сделаны только сегодня. Шестнадцать звонков от Оли, которые растянулись на все три дня моего отсутствия. Несколько смс от друзей с вопросами «Ты где?» и «Подъезжай к клубу». И несколько пустых звонков и смс от девчонок, номерами с которыми я когда-то обменивался.
Всё. Для всех будто ночь прошла, а не три дня.
Только для мамы эта «ночь» оказалась достаточно длинной для того, чтобы оборвать мне линию и написать одну угрожающую смску: если с тобой что-то случилось – я тебя убью."
"Вернул телефон на тумбочку, заложил руки за голову и растянулся в постели. Наконец-то в своей, а не на диване, имеющем причудливые формы и деревянный каркас, который упирался мне прямо в рёбра.
За окном сверкнула молния, небо тряхануло приступом грома.
Поднялся с постели и вышел на балкон.
Полной грудью втянул влажный воздух. Оказалось, нюхать дождь, когда идёт дождь, не так уж интересно, чем ловить его отголоски, когда он где-то далеко.
Глава 34. Августина
Локтями повисла на подоконнике распахнутого окна. Прикрыв глаза, глубоко втянула запах дождя. Над нами висели грозные свинцовые тучи, но дождя ещё не было.
