Автор
В подпольном бойцовском клубе, где ритм жизни неумолим, девушка вынуждена скрываться и желательно подальше. Здесь Марат Бессонов — человек, ради которого она теперь готова собирать компромат на каждый его шаг. Нерешимый вопрос: зачем ей это? Откровенно высказать все обвинения прямо в лицо этому зверю может стоить жизни....
Так что не будем тянуть резину.
— А если я против?
Они переглядываются между собой.
— Мы, конечно, можем и не делать ничего, — пожимает плечами первая. — Но тогда цитирую “Варвара поедет голой”. Выбор за вами.
На лицах обеих дам скучающее выражение. Вероятно, Бессонов так и заявил им про ультиматум. Естественно, это меня злит. Но с другой стороны… Поедет, значит, он выведет меня за забор. А там сбежать будет явно проще, чем отсюда. Опять же, если Марат озаботился моим внешним видом, значит, и браслет ему придётся снять — не с ним же он меня куда-то там повезёт.
— Слушайте, я так-то и не против, — мило улыбаюсь дамочкам. — Давайте приступим. Но у меня сел аккумулятор у телефона, а мне надо предупредить своих, что сегодня позвоню позже, чем обычно.
Что одна, что вторая смотрят на меня непонимающе равнодушно.
— Не могли бы одолжить мне мобильный буквально на минуточку?
— У нас с собой нет, — отвечает первая, а вторая переставляет стул поближе и настойчиво тянет меня к нему.
— Забрали на входе, — добавляет она.
"Не сказать, что я удивлена этому, но попытаться стоило. Следующий час приходится терпеть манипуляции специалистов. Такое для меня не в новинку — конечно, бывали у меня мероприятия, куда я наводила красоту и чистила перышки. Но тогда это было по моему желанию, а не вот так — когда Бессонов даже не удосужился сам прийти и сообщить.
Впрочем, потерпеть ради возможности от него улизнуть я готова и не такое.
Правда, меня ждет весьма неприятный сюрприз — когда с макияжем и прической покончено, мне достают платье, в которое я должна облачиться.
Оно насыщенно алого цвета, а это все равно что нацепить на меня яркую табличку. Второй немаловажный момент — оно длинное, практически в пол и предполагает туфли на высоком каблуке, которые мне любезно предоставляют.
И третье — под платье не предусмотрено белье. Только крошечные бесшовные трусики.
Ощущение, что меня, как дорогую куклу, умыли, причесали и нарядили, чтобы… что?
— И вот в этом я должна быть? — мрачно уточняю у дамочек.
— Или голой, — равнодушно подтверждает одна из них.
Протест во мне рождается дикий. Будь рядом Марат, я бы не сдержалась и устроила бы ему, высказав все, что думаю. Но глубоко вдохнув, напоминаю себе, что это мой шанс выбраться за забор.
— Ладно, — принимаю поражение в этом маленьком сражении.
Зеркала в моей комнате просто нет — то, что висит в ванной не в полный рост, и там себя не увидеть.
