Автор
В подпольном бойцовском клубе, где ритм жизни неумолим, девушка вынуждена скрываться и желательно подальше. Здесь Марат Бессонов — человек, ради которого она теперь готова собирать компромат на каждый его шаг. Нерешимый вопрос: зачем ей это? Откровенно высказать все обвинения прямо в лицо этому зверю может стоить жизни....
Я молчаливо подчиняюсь его просьбе и раздвигаю ноги, а буквально в следующее мгновение он раскрывает меня и кладет мою ногу себе на плечо.
Я снова уязвима, но внутри есть четкая уверенность, что Марат меня не обидит и не причинит боли. По крайней мере, в постели.
Первое прикосновение языка к чувствительной плоти запускает во мне новые неведомые реакции. Естественно, я читала про оральный секс и в теории много всего узнала. Но никакие описания и рядом не стоят с тем, что я испытываю.
Это так ярко и сногсшибательно, что я практически сползаю вниз — лишь крепкие руки Бессонова удерживают меня.
Он с таким энтузиазмом и желанием целует меня внизу, ласкает, проникает языком все глубже, что этим невозможно не восхищаться."
"Я уже не пытаюсь сдержать стоны и доверчиво подаюсь вперед, запускаю пальцы в короткие волосы мужчины, позволяя ему трахать меня. Я напрочь забываю о дискомфорте, который стал появляться, когда действие смазки стало спадать.
Марат входит в меня двумя пальцами, сгибает их, безошибочно находя нужные места, от прикосновения к которым у меня закатываются глаза от удовольствия.
— Еще, — прошу, не замечая, как вжимаю голову Бессонова к себе между ног.
Чуствую весьмо ощутымый укус на внутрененнй стороне бедра и распахиваю глаза.
Его темный взгляд ловит мой. Марат крепко удерживает меня до момента, пока мои мышцы не сокращаются, освобождая то напряжение, что достигает своего пика.
Я теряюсь в пространстве. Только когда мужские губы накрывают мои жестко и и бескомпромиссно, немного фокусирую взгляд.
Такой суровый, циничный, опасный мужчина стоял передо мной на коленях. Разве можно остаться равнодушной?
— Пиздец ты вкусная, царевна, — вкрадчиво сообщает Бессонов, при этом накрывая мою грудь сразу обеими ладонями.
— Приму за комплимент, — пьяно улыбаюсь, откровенно любуясь им в этот момент.
Сейчас на нем нет холодной непроницаемой маски, за которой прячутся все эмоции.
Секс оголяет тебя, с этим не поспоришь.
— Как насчет ответной любезности? — довольно скалится Бессонов, весьма выразительно толкаясь членом мне в живот. — Уверен, твои губы будут так же охуенно смотреться на моем члене, как королевство снизу.
Я краснею, смущаюсь от его чересчур откровенных слов. Но я совру, если скажу, что мне не нравится. Это будто идеальная приправа к тому блюду, что мы сегодня готовим с ним на пару.
