Ваша задача – доставить их на остров и помочь получить необходимые данные. После этого вам будет вручён чек с указанной суммой.
– Что нет? – не понял директор.
– Мои условия. Группа добирается до острова самостоятельно. Я встречу их на острове и помогу получить данные. Перед этим они передадут мне чемодан с наличными. Купюры старые, не меченые, не по порядку, по пятьдесят и сто долларов.
– Зачем такие сложности? Ведь с чеком намного проще, – растерялся директор.
– Как я уже сказал, я больше не верю ни вам, ни вашему агентству и, уж тем более, вашему правительству. Если им вдруг вздумается заблокировать мои счета, я не останусь в накладе.
– Боюсь, это неприемлемо, – ответил директор. – Они не пойдут на это.
– Не сомневаюсь, – в очередной раз усмехнулся Араб. – Они боятся выпустить меня изпод контроля. Имея на руках столько наличности, я стану невидимкой, и они это знают. Но они не знают такой простой вещи, что я могу исчезнуть в любой момент. Деньги для меня не проблема. Передайте им это. И скажите, что я приму их предложение только на таких условиях.
– Хорошо. Я всё передам, – тяжело вздохнул директор, понимая, что ничего больше не добьётся.
Отключив телефон, Араб с усмешкой посмотрел на жену и, чуть пожав плечами, сказал:
– Как видишь, я был прав, девочка. Они не хотят оставить нас в покое. И нам пора исчезнуть из этой страны.
– Ну, на первое время денег нам хватит, а что потом? Ребёнок требует больших затрат, – ответила Салли.
– Это не проблема, – отмахнулся он. – С чего ты взяла, что я держу все свои сбережения в местных банках? Коечто я положил в один симпатичный банк на Каймановых островах, и теперь там набежали вполне приличные проценты. Это и было главной причиной, по которой я решил уйти в отставку. О деньгах можешь не беспокоиться.
– Так ты богат? – с интересом спросила Салли.
– Я не мультимиллионер, но коечто скопил. С голоду не помрём и на обучение детей хватит, – усмехнулся Араб с хитринкой.
– Ну, ты и прохиндей, – неожиданно звонко расхохотавшись, произнесла Салли. – Держишь за глотку правительство, не давая ему ни единого шанса на сопротивление, доишь его без зазрения совести, так ещё и сумел обеспечить себе хитрые отходы.
– Любой шанс для правительства станет моим билетом в один конец, – мрачно усмехнулся Араб. – В этой игре – либо пан, либо пропал. Это большая игра, и она ещё не кончилась. Единственное, о чём я жалею, так это, что втянул в неё вас. Но, поверь, я сделаю всё, чтобы вывести вас из неё без потерь. Теперь мне есть, за что драться.
– А вот я совсем не жалею, что оказалась в этой игре, – усмехнулась Салли, подходя к нему. – Если бы не она, я никогда не стала бы матерью. И теперь мы будем драться за это оба, – тихо добавила она, нежно целуя его в губы.