Дождавшись, когда катера подойдут к пирсу и солдаты доберутся почти до пляжа, он резким движением включил рубильник, ярко освещая пирс и катера. Не ожидавшие такой встречи солдаты растерянно замерли. Не давая им опомниться, Джек выпустил короткую очередь из пулемёта, установленного на джипе. В ответ прозвучала очередь из пушки, установленной на катере, но один из наёмников выстрелил из гранатомёта, целя сразу за корму катера.
Этого оказалось достаточно, чтобы все прибывшие поняли, что хозяева острова шутить не собираются. Не сводя прицела с офицера, стоявшего на катере, Араб громко крикнул:
– Выходите на пляж по одному и бросайте оружие. Любое лишнее движение будет караться смертью.
Понимая, что это не пустая угроза, офицер отдал команду, и стоявшие первыми бойцы медленно спустились с пирса на песок, покорно бросив винтовки, гранаты и штыкножи. За ними потянулись остальные, мрачно поглядывая в стволы нацеленных на них пулемётов. Это был очень весомый аргумент, удерживавший их от глупостей.
Используя наручники, имевшиеся в комплекте экипировки каждого солдата, наёмники сковали им руки за спиной, предварительно заставив раздеться до нижнего белья. Не пощадили даже десяток женщин, входивших в состав роты. Вскоре вся рота и все экипажи катеров оказались сидящими на пляже в одних трусах и майках.
Загрузив всё отнятое оружие в джипы, наёмники отделили от толпы офицеров, и Араб, отложив винтовку, медленно подошёл к пленникам. Оглядев долгим мрачным взглядом сидящих перед ним людей, он громко спросил:
– Ну, и как всё это понимать?
– Что именно? – не понял один из офицеров.
– Какого чёрта вы сюда припёрлись?
– Получили приказ и прибыли, – пожал плечами тот же офицер.
– Сколько костей я должен вам сломать, чтобы услышать правду? – мрачно спросил Араб.
– Вы не посмеете, – возмутился офицер, но Араб резко перебил его.
– Вы находитесь здесь незаконно. Более того, я больше чем уверен, что даже ваше командование толком не знает, куда именно вас направили. Так что, мы можем делать с вами всё что угодно, и никто не задаст нам ни одного вопроса.
– Хорошо. Похоже, у нас действительно нет выбора, – мрачно кивнул офицер, одновременно пытаясь рассмотреть лицо допрашивавшего его человека.
Отлично понимая, что не должен дать себя рассмотреть, Араб встал так, чтобы прожектор светил ему в спину. Услышав согласие офицера сотрудничать, он принялся задавать ему вопросы, одновременно осторожно сканируя его мысли. Дважды ему приходилось повторять вопрос, после чего тот окончательно растерялся и начал говорить правду. Хотя, по большому счёту, говорить ему было особенно нечего. Как Араб и предполагал, у солдат было задание простое и понятное.