Петровская Екатерина — амбициозный менеджер компании «Теплоинжиниринг», стремящийся подняться по карьерной лестнице. Считая себя обычной пешкой, она мечтает стать ферзем. Ответственные командировки и достойная зарплата подтверждают её незаменимость. История о том, как настойчивость и...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Пешка треф атакует» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Петровская Екатерина — амбициозный менеджер компании «Теплоинжиниринг», стремящийся подняться по карьерной лестнице. Считая себя обычной пешкой, она мечтает стать ферзем. Ответственные командировки и достойная зарплата подтверждают её незаменимость. История о том, как настойчивость и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Петровская Екатерина — амбициозный менеджер компании «Теплоинжиниринг», стремящийся подняться по карьерной лестнице. Считая себя обычной пешкой, она мечтает стать ферзем. Ответственные командировки и достойная зарплата подтверждают её незаменимость. История о том, как настойчивость и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Однако Ковальчук и без указки вдруг ловко выхватил у нервной женщины сумку, таящую в себе неведомую опасность, и резво бросился к выходу из кабинета.
– Отдай сумку, болван! – заголосила жена Руденко и накинулась на Ковальчука с кулаками.
– Отдам, отдам, – Ковальчук увернулся, заложил крутой вираж по моему кабинету и высыпал содержимое сумки ко мне на стол.
– Ну и на фига ты это сделал? – жена Руденко рванула к столу собирать пожитки.
У меня от этого их энергичного мельтешения даже закружилась голова и я сидела дура дурой, понимая, что ничем не могу повлиять на ситуацию.
– Проверить хотел, вы ж Петровскую нашу убивать собрались. Вдруг там у вас нож или пистолет, пальнете еще ненароком. Петровскую-то не жалко, а вот коллектив перепугаете. Нам смертоубийства тут не нужны, еще полиция понаедет, скорые с мигалками, – Ковальчук уселся в кресло и положил ногу на ногу. – Может, и правда чаю?
– Отстань ты со своим чаем! Я ей и без пистолета моргалы выцарапаю. Видал, какие у меня ногти, – жена Руденко продемонстрировала вполне себе жуткие некрашеные ногти. – А в сумке у меня сигареты. Ты вот мне лучше прикурить дай."
"– У нас тут не курят, – пискнула я.
– Молчи, моль бесцветная, твое дело сейчас бояться и помалкивать, – жена Руденко собрала свои пожитки с моего стола, достала из пачки сигарету и выжидательно посмотрела на Ковальчука. Тот достал зажигалку, дал ей прикурить, взял с подоконника блюдце из-под цветочного горшка и придвинул его к женщине. Она затянулась и демонстративно стряхнула пепел на пол.
– Может, присядете, – Ковальчук пододвинул к ней кресло.
– Постою, в самолете насиделась.
– А в чём собственно дело? Чем я обязана такому визиту? – возмутилась я. Явилась тут, пепел мне, понимаете ли, на ковёр трясет. Уж если дело дойдёт до выцарапывания глаз, то неизвестно еще, кто кого победит. Тётка-то эта явно меня старше. А ногти у меня со специальным износоустойчивым покрытием. Шилак называется. Таким ногтём убить можно. Слава богу, оружия никакого у неё в сумке не обнаружилось. Это Ковальчук молодец, вовремя подсуетился, чтоб проверить, а то и правда, сидела бы я сейчас и боялась.
– Она еще спрашивает! – жена Руденко всплеснула руками, обращаясь к Ковальчуку. Видимо, решила привлечь его на свою сторону. – Вот! – Она вытащила из сумки фотографию и швырнула её в меня. Фотография, плавно кружась, упала на пол. Ковальчук быстро её поднял и присвистнул.
– Чего там? – заволновалась я.
Ковальчук протянул мне снимок. На фото во весь рост был запечатлен наш с Руденко танец в парижском метро.
– «Если б не было тебя» – засвистел Ковальчук и закатил очи к потолку. – И что? – спросил он, прервав свой художественный свист.
– Как что? По-моему всё и так ясно, – жена Руденко тяжело вздохнула.
