В книге "Пешка треф атакует", читатель погружается в драматическую историю индивидуума в мире безжалостно суровых законов природы. Каждый персонаж здесь является не просто фигурирующей ролью, но и мощным звеном в цепи событий, оставляя глубокий след на исторической эшафоте судьбы....
Действительно, Жанка абсолютно права, было ощущение, что на его фотографиях от уха до уха улыбается совершенно другой человек. У того, который сейчас смотрел на меня с экрана, просто физически не могло быть такой заразительной и весёлой улыбки. Да он просто напросто вообще не умеет улыбаться, уж я-то знаю. В нашей семье обычно я улыбаюсь за двоих.
– Привет, – сказала я, конечно же, улыбнулась и помахала рукой свирепой физиономии мужа.
– Привет, – сурово ответил Серёга.
– Что случилось? Нам не хотят высылать приглашение и не дадут визы? – это было самое страшное, что я могла предположить, и ради чего Серёга мог бы проснуться столь рано.
– Не совсем. Катя, я не спал всю ночь.
– Сочувствую. Какие-то проблемы на работе? Или болит чего? – встревожилась я. Не хватало еще все новогодние праздники провести у постели больного Серёги. Серёга и здоровый-то вечно всем недоволен, а уж больной …. Но, что поделаешь. Может, и хорошо, что мы приедем, а то нет ничего хуже, в праздники одному больному дома валяться.
– Нет, всё в порядке, и ничего у меня не болит. – Серёга почесал затылок. – Я просто не хочу, чтобы вы ко мне приезжали. Вернее ты…. Именно так! Катя, я не хочу, чтобы ты приезжала сюда в Канаду, – после этой фразы Серёга облегченно выдохнул. – Ну, вот я это и сказал.
– Не поняла, – удивилась я. – Я вон, даже у Гадецкого отпросилась. Правда, без помощи Сони не обошлось.
– Да, ты не поняла, – согласился Серёга. – Я тут это…. От тебя ухожу. Нет, неправильно.
– Как это? – вы будете смеяться, но я разинула рот. Просто не поверила, что такое может быть. С кем угодно, но только не со мной. Чтобы мой Серёга, которого я знаю, как облупленного и, как вы уже поняли, вот уже столько лет тащу, как гирю на ногах, вдруг вильнул бы куда-то в бок? Да и кому он еще нужен, кроме меня?! Это же чемодан без ручки. Нести тяжело, а бросить жалко. Да и привычно как-то уже.
– Кать, ты не обижайся.
– И бабе твоей. Это главное, – добавила я и тут же вспомнила жену Руденко, поливавшую меня матом по телефону. В этот момент я была абсолютно с ней солидарна. Эх, жаль, у меня телефона Серёгиной бабенки нет. Уж я бы ей высказала всё. С чувством, с толком, с расстановкой. Не хуже самого настоящего прораба или портового грузчика. А ещё лучше морду ей набить да все волосы из башки выдрать.
