— Директор занят, придётся полчаса подождать. Я с ним говорил, возражений нет. Можешь считать — дело на мази. Беседа — это формальность, вся информация о тебе собрана. Завтра же и подавай рапорт!
— С неделю придётся подождать, надо одно дело закончить…
Котов повернулся к Сергееву.
— Кстати, у меня к тебе вопрос. Знаешь такого — Плеско?
— Ну, — недовольно буркнул тот.
— Засран по самые уши. Оружие бандитам продаёт. Мне нужен его адрес.
— Обратись официально, в кадры.
— Они гражданским не дадут ни хера, сам знаешь. А дело срочное. Есть подозрения, что это он снайперские заказы исполняет.
Морковин встрепенулся. Недавно он заходил к коллегам и знал, что отдел внутренней безопасности разыскивает связанного с преступниками снайпера — офицера одной из спецслужб.
— А этот ваш… Плеско — действительно снайпер? — спросил он у угрюмо молчащего грушника.
— Ещё бы! На все руки…
— Какого же хера ты молчишь? — завёлся Морковин. — Раз всё в цвет попадает? У тебя кто спрашивает — хрен с бугра? Начальник уголовного розыска, такой же майор, как и ты! Завтра вместе работать будете, прикрывать друг друга! Чего выделываться? Тебе на службе под зад коленом дали? Дали! Чего же ты патриота изображаешь?
— Тут дело простое, — умиротворяюще вмешался Котов. — Если сидеть и ждать, он ещё кого-то шлёпнет. Кого?
— Ладно, узнаю, — буркнул Сергеев.
— То-то, — удовлетворённо сказал Морковин. — После беседы давайте выпьем да расслабимся. Осточертели дела и заботы!
Но, улучив момент, он вышел к другому телефону и набрал номер бывших сослуживцев из отдела внутренней безопасности.
— В оперотделе ГРУ есть майор Плеско, — представившись, сказал он. — Как бы он и ни был вашим снайпером.
— Спасибо, Миша, проверим, — ответил коллега.
Проверка показала, что во время совершения наиболее громких «снайперских» убийств последних лет майор Плеско отсутствовал и дома, и на службе. Где он находился, выяснить не удалось.
Обстоятельная справка легла на стол Верлинова. Через пятнадцать минут подполковник Дронов получил боевой приказ.
Когда машина тронулась, подложенная под заднее колесо иголочка проколола камеру, и воздух стал медленно стравливаться. Иголочка была не простой, а из спецкомплекта «Остановка», с точно рассчитанным диаметром: последствия прокола должны были сказаться через семь-десять минут.
Так и получилось. Автомобиль потерял плавность хода и просел назад. Плеско, выругавшись, подрулил к тротуару. Он никогда не делал остановок без крайней необходимости и не любил их, но замена колеса — настолько обыденное дело в жизни водителя, что обычно не вызывает подозрений. На этой обыденности и строился план операции.