Памплона, Испания, 1976. "Если план провалится, мы все умрем". Сотрудники спецслужб оценивают риск каждого шага, когда внезапно появляется чужак в форме бандита. Здесь закрашиваются личности и складываются загадки, где лишь смелость и отчаянье могут выжить.
Рубио передал ей одежду, но взглянув на него, Лючия ласково произнесла:
– Это мне пока не нужно.
Солнце пригревало ее обнаженную кожу, наполняя тело истомой. Ей было необыкновенно приятно лежать в объятиях Рубио. Они словно оказались в оазисе тишины и покоя. Даже опасность, от которой они бежали, казалась теперь далекой и призрачной.
– Расскажи мне о своем доме, – лениво протянула Лючия.
Лицо Рубио осветила улыбка, в голосе зазвучала гордость:
– У нас была небольшая ферма на окраине городка Бильбао. Она принадлежала нашей семье на протяжении нескольких поколений.
– Что с ней случилось?
По лицу Рубио пробежала тень.
– Из-за того, что я баск, правительство в Мадриде наказало меня дополнительными налогами. Когда я отказался платить, у меня конфисковали ферму. Именно тогда я встретил Хайме Миро и присоединился к нему, чтобы сражаться с правительством за правое дело. У меня остались мать и сестры. Когда-нибудь я верну ферму и мы снова заживем как прежде.
Лючия подумала о своем отце и братьях, заключенных в тюрьму до конца жизни.
– Вы близки со своими родными?
– Конечно, – ответил Рубио с теплотой в голосе. – Ведь семья для нас как первая любовь.
«Да, – подумала Лючия, – только я свою больше никогда не увижу».
– А кто твои родные? – спросил Рубио. – Ты была к ним привязана до того, как ушла в монастырь?
Беседа приняла опасный поворот. «Что ему сказать? Что мой отец мафиози? И что вместе с моими братьями сидит в тюрьме за убийство?»
– Да… мы были очень близки.
– Чем занимается твой отец?
– Он… он бизнесмен.
– У тебя есть братья или сестры?
– Два брата. Они работают с отцом.
– Лючия, почему ты решила уйти в монастырь?
«Потому что полиция разыскивает меня за двойное убийство. И пора положить конец этому разговору».
– Мне нужно было спрятаться. – И это было недалеко от правды.
– Ты почувствовала, что мир вокруг стал для тебя невыносим?
– Что-то вроде этого.
– Я не имею права так говорить, но я люблю тебя, Лючия.
– Рубио…
– И хотел бы видеть тебя своей женой.
Как он трогателен в своей искренности, у него нет второго дна. С ним нужно вести себя очень осторожно, чтобы не ранить его чувства. Дочь Анжело Кармина – и вдруг жена простого фермера! Обхохочешься!
Рубио же, неверно истолковав блуждавшую на ее лице улыбку, горячо продолжил:
– Не вечно же мне прятаться! Рано или поздно правительству придется заключить с нами мир. И тогда я вернусь на свою ферму.
