Памплона, Испания, 1976. "Если план провалится, мы все умрем". Сотрудники спецслужб оценивают риск каждого шага, когда внезапно появляется чужак в форме бандита. Здесь закрашиваются личности и складываются загадки, где лишь смелость и отчаянье могут выжить.
На испанской границе удача ей изменила.
– Ваш паспорт, пожалуйста.
Лючия протянула таможеннику документ. Бросив на паспорт беглый взгляд, таможенник уже хотел его вернуть, но почему-то передумал. Взглянув на нее повнимательнее, он сказал:
– Минуту, пожалуйста. Я должен поставить печать.
«Он меня узнал», – в отчаянии подумала Лючия, в ужасе наблюдая, как таможенник вошел в небольшой домик и показал паспорт другому офицеру. Они начали что-то возбужденно обсуждать, и она решила, что необходимо бежать. Открыв дверь, Лючия вышла из машины, стараясь не привлекать внимания.
– Achtung![27] – выкрикивал руководитель группы. – Schnell![28]
Лючия бросила взгляд на домик. Таможенник, забравший у нее паспорт, что-то кричал в трубку телефона.
– Все на посадку, bitte[29].
Недолго думая Лючия направилась к группе оживленно болтавших и смеявшихся туристов и зашла в автобус, отвернувшись от руководителя группы, заняла место в конце салона и, опустив голову, мысленно молилась: «Ну же, поехали».
В окно она видела, как к двум таможенникам подошел еще один, и они втроем принялись изучать ее паспорт, но в этот момент, словно в ответ на молитву, двери автобуса закрылись, и водитель завел мотор. Уже через минуту автобус отъехал от Сан-Себастьяна и взял курс на Мадрид. Что будет, когда таможенники не обнаружат ее в машине? Сначала наверняка подумают, что она отошла в дамскую комнату, немного подождут, а потом пошлют кого-нибудь за ней.
Туристы в автобусе весело проводили время. «А почему бы и нет? – с горечью думала Лючия. – Ведь им не наступает на пятки полиция. Стоило ли мне так рисковать собственной жизнью?» С этой мыслью она вновь и вновь прокручивала в памяти свои встречи с судьей и Бенито.
Она заставила двух предателей заплатить за вину перед ее семьей. Стоило ли оно того? Мерзавцы мертвы, но отец и братья так и будут страдать до конца жизни. «Да, – решила Лючия. – Я все сделала правильно».
Кто-то из пассажиров затянул бравурную песню, и остальные подхватили.
