— Я не хыра, вы не имеете права, — я отчаянно попыталась оттолкнуть его и изо всех сил закричала: — Виконт Тиадей!
Шоан, как я хотела, чтобы он сейчас оказался рядом, всё, что угодно бы сделала! Почему, почему именно сейчас он оставил меня одну, когда был так нужен?
— Что, шавка, хозяина зовёшь? — его пальцы, легко развязав шнуровку, скользнули под платье. — А тебе, видимо, не рассказывали, что хозяева своими вещами с друзьями делятся? Да, ты не хыра, о хыру я бы не стал руки марать. Для норнов только чистые девочки. Пора, пора спустить тебя с небес на землю, показать, каково твоё истинное предназначение.
Похоже, Шоанез оказался прав, утверждая, что меня не услышат, да и крик быстро перешёл в писк, когда норн слегка придушил одной рукой. Пальцы второй похотливо сжали грудь, с наслаждением задрав бюстье.
Вцепилась в его запястье зубами и получила болезненный удар коленом в живот.
— Ну, сучка, сейчас получишь! — процедил норн, расстёгивая штаны.
Он заломил мне руки над головой.
Слава всем богам подлунного мира, надела ботинки с небольшим каблучком, которые я умело использовала вместо оружия.
Долго, разумеется, это продолжаться не могло, Шоанез изначально сильнее. Оставалось только надеяться, что выживу после близкого знакомства с разъярённым норном, в чём я сомневалась.
Резким движением он задрал юбки и грубо коленом раздвинул бёдра.
Шоан, как же мерзко, противно! Его ладони, похотливо шарящие по телу, его дыхание, запах его кожи. Меня едва не тошнило от этого, липкого, грязного…Первая близость с мужчиной по сравнению с действиями Шоанеза казалась верхом блаженства.
Гадко, гадко от каждого движения, независимо оттого, причиняет ли оно боль или пытается подарить грубую ласку.
Довольно ухмыляясь, норн потерял бдительность, ослабил хватку, полагая, что жертва смирилась со своей участью. Но он глубоко ошибался: я одновременно ударила коленом в пах и чиркнула ногтями по лицу, метя в глаза.
Коленом попала: взвыл. Недолгим оказалось удовольствие норна.
Не теряя времени, метнулась к выходу, не заботясь о том, как выгляжу, — не до того. Лишь бы вырваться, спастись от этого похотливого животного!
— Убью, тварь! — проревел с пола Шоанез и, ухватив за лодыжку, повалил на пол.
Рука метнулась к плети, но нанести удар не успела.
— Ещё одно движение — и ты покойник, Шоанез. Впрочем, если ты её тронул, то уже мёртв.
Хозяин! Как же я рада его видеть! Вернее, слышать, потому что лежала лицом вниз.
Шоанез выругался и отпустил меня. Я тут же вскочила на ноги и испуганно прижалась к хозяину. Тому одного взгляда хватило, чтобы определить степень виновности друга.
— Тебе одного раза мало, Шоанез? Я не достаточно ясно выразился? Теперь подам в суд, и ты сядешь в тюрьму. Если будет, кого сажать.