В Петербурге наступает мрачное затишье, где корабли-призраки угрожают всему городу. Японская армия вынуждена оставаться в закрытых портах Кореи, замордовавшись под блокаду с японским островом Цусима. Власти Петербурга боятся приближающейся зимы и революции, как нового корабля-призрака надежды и свободы....
Похоже, «Петербургский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Германская разведка, как всегда, на высоте, ну а мы, по ходу пьесы, сильно наследили. В отлив лежащий на боку крейсер «Асама» почти до половины выступает из воды, и тогда становится похож на дохлого обглоданного песцами кита — приходилось видеть такое на Севере. И любому специалисту ясно, что повреждения, которые он получил, не могли быть нанесены ни одним из известных в этом времени видов оружия. Опять же БМП нашей морской пехоты — это такая штука, применение которой совершенно невозможно скрыть от посторонних глаз.
Но я никогда и ни за что не пошлю своих бойцов против врага, многократно превосходящего их числом, не обеспечив им соответствующего технического превосходства. Даже в нарушение секретности. И вот по результатам всего этого первыми всполошились немцы. Англичане, конечно, тоже не прочь сунуть к нам свой длинный нос, но они не дураки, и понимают, что при нынешних англо-русских отношениях предложенный нами пеший эротический маршрут будет весьма продолжительным.
Ну а с немцами у нас отношения вроде неплохие, почти дружеские. Мешает только наш союз с Францией, и их — с Австрией. Но это так — политика будущего.
А сегодня мне предстоит встретиться с Оскаром фон Труппелем, губернатором немецкой, точнее, как принято здесь говорить — германской колонии Циндао. Наш самолет-разведчик при плановом облете акватории еще на рассвете засек германский крейсер на расстоянии примерно семидесяти миль от пролива.
Конечно, за такое короткое время никакая почта не успеет дойти из Берлина в Циндао. Это минимум двадцать дней в один конец. Письмо, скорее всего, было передано по телеграфу и переписано потом красивым почерком штабного писаря. В эти времена школьников и в России, и в Германии еще мучили таким предметом, как каллиграфия.
"В оперативном отделе со всех любителей «старины глубокой» уже была собрана информация обо всем, что нынче по морям ходит, и даже о том, что ходить только будет. В первую очередь внимание уделялось русскому, японскому и британскому флотам. Германский флот, как нейтральный, шел по остаточному принципу.
