Родс, привязанный белым тросом к спинке сиденья, тяжело ворочался, пытаясь освободиться. Полоснув ножом по тросу, Клим, одним рывком взвалив на плечо раненого, бросился к двери, надсадно кашляя от едкого дыма. Спрыгнув на землю, до которой оказалось не больше метра, Клим побежал в сторону леса.
Пламя, выбиваясь из моторного отсека, вовсю лизало фюзеляж, заставляя краску коробиться и отваливаться целыми пластами, не меньше метра в длину, обнажая под зеленым слоем белоснежную краску, на которой проступили две ярко-красные буквы «О» и «М».
Клим бережно опустил Родса на землю, отцепил сумку. Самолет взорвался, выбросив вверх огромный, метров двадцать в высоту, столб огня.
– Надо поскорее отсюда выбираться! – посоветовал Родс, вставая на ноги.
– Ты, оказывается, притворялся, а я тебя на себе тащил! – обрадовался Клим, прикидывая, в какую сторону им надо бежать.
– Пошли против ветра. Огонь так быстро не пойдет, и у нас есть шанс добраться до жилья, – подал ценную мысль Родс, направляясь вправо.
– Если ветер сменится, то нам не спастись от огня в лесу, – засомневался Клим.
– Минут через двадцать начнется тропический ливень, который быстро загасит пожар. Самолет будут искать и обязательно наткнутся на наши следы. В лучшем случае нас посадят в тюрьму, но, я думаю, до этого не дойдет. Нас просто пристрелят на месте.
– Спасибо за прекрасную перспективу! Ты мне внушил такую прыть, что я готов переть по лесу, как носорог, – отозвался Клим, прибавляя шаг.
Минут через двадцать быстрой ходьбы Родс остановился и, показав на огромное дерево, возвышавшееся метров на десять над окружающими деревьями, предложил:
– Надо взобраться и переждать там ливень. Заодно и посмотрим окрестности. Где-то недалеко должна быть дорога или деревня: пахнет дизельным топливом.
День десятый, семнадцать часов
Забравшись на дерево, Клим на тросе поднял наверх Родса, который, устроившись на развилке метрах в семи над землей, предложил:
– Ты лезь наверх, а я останусь здесь, что-то я притомился.
Клим не стал возражать. Глянув на своего соратника, который привязывал себя к стволу, ободряюще улыбнулся. Видно было, что каждое движение причиняет ему боль, которую он тщательно скрывает.
Неожиданно Родс выхватил из кармана нож и стал срезать бурую грибообразную нашлепку со ствола. Отхватив кусок размером с детский кулачок, засунул в рот и стал сосредоточенно жевать. Щеки у Родса стали похожи на хомячьи, а губы вытянулись вперед.
Клим полез выше, внимательно осматривая окрестности.